Помощь - Поиск - Участники - Харизма - Календарь
Перейти к полной версии: Поединок Дон Пахан - Parkan. Завершено
<% AUTHURL %>
Прикл.ру > Словесные ролевые игры > Большой Архив приключений > Память о битвах > Турнир-2006 <% AUTHFORM %>
Дон Пахан
Пустыня Так-Маркаш. Бескрайнее песчаное море, желтоватой язвой украшающее географические карты. Местность, лишенная самого ценного – воды, а, значит, и жизни. Раскаленная, словно сковорода, поверхность получает короткую передышку лишь на закате, когда горделивое солнце прячет смертоносные лучи, позволяя обожженной земле за короткую ночь остыть до приемлемой температуры. Достаточной, чтобы встретить рассвет окоченевшим трупом. Помимо этого, неосторожным путешественникам или просто безумцам может посчастливиться повстречать песчаную бурю. Скорее всего, они очнуться погребенными заживо. И это будет справедливо - пустыня не любит незваных гостей. Возможно, именно поэтому стать ареной поединка магов ей не суждено.
… противник проявил впечатляющую самоуверенность. Оставить выбор арены за мной, поставив лишь одно условие – возможность существований без специальных приспособлений. Развязать мне руки, позволив диктовать любые условия. Фактически, наполовину отдав мне победу. Впрочем, он наверняка знал, что я поступлю иначе. Возможность сразиться с ветераном, а, на мой взгляд, фаворитом Турнира в равных условиях – вот истинное желание воина. Пусть даже и охотника за головами. Ты не прогадал, Паркан, бой будет честным.
Гигантская, протянувшаяся на сотни миль река Оконори знаменита по трем причинам. Первая – её ширина: не менее трех километров в самой узкой части. Вторая – она протекает на дне гигантского разлома глубиной около 300 метров, с отвесными каменными стенами. Третья – Колонна. Расположенный точно посередине реки, начинающийся на дне и заканчивающийся на уровне поверхности идеально круглой площадкой тридцати метров в диаметре грандиозный цилиндр – странное и завораживающее зрелище. Неестественный, явно кем-то созданный, но без всякой видимой цели, он существует тысячи лет. Впрочем, применение ему все же нашлось.
В настоящий момент маг Песка и Звука ожидал здесь своего оппонента.

Судьи: Миридин, Черон, ShadowDancer.
Parkan
Сказать, что избранное Доном место для боя весьма впечатляло, было бы большим преуменьшением. Широченная река, противоположный берег которой терялся в голубой дымке, плавно и величественно несла свои воды... глубоко внизу, в трех сотнях метрах под скальным обрывом. Какая шутка природы, какая игра или битва бессмертных создала этот каньон? Неведомо, никому это не ведомо, как и происхождение Колонны ровно посередине русла Оконори. Циклопическая скала из-за своей высоты со стороны (с поверхности воды) выглядела как тонкий стержень, дырявящий небо; можно было с уверенностью сказать: обычный камень не выдержал бы подобных нагрузок. Ветер, колебания почвы, разлив великой реки по весне... казалось, нерукотворному столпу давным-давно полагалось бы обрушится. А он стоит как ни в чем не бывало - то ли опора давно сгинувшего моста, то ли пограничный знак, то ли памятник.
...Шагнув из проема портала, на краткие мгновения соединившего вершину Колонны и зал ожидания "Латной Рукавицы", Ойген огляделся, прикрыв глаза ладонью от утреннего солнца и вежливо кивнул своему сопернику.
- Доброе утро, сударь.
Осматриваясь, Джайлз неспешно прошелся вдоль края площадки, знакомясь с окружающим миром. Что и говорить, высота над водой впечатляла, но за исключением этого арена пока ничем особенно не отличалась от других мест проведения боя на Турнире. Завершив круг, Ойген прошел к центру площадки и остановился неподалеку от Дона Пахана (метрах в семиот противника).
- Ойген Джайлз, маг Воздуха и Воды. Давайте начнем, пожалуй... Первый ход за вами!
Дон Пахан
Глубокий поклон, чуть слышный удар лба о камень, и учтивое: «Приветствую, сударь. Дон Пахан, маг Песка и Звука. С вашего позволения открываю дуэль» - сколь незамысловатое, столь и необходимое приветствие. Казалось бы, для начала поединка все готово. Но это впечатление обманчиво. Требовалось сделать три вещи, без которых мои шансы на победу стали бы призрачными. На самом деле, эти процедуры должны проходить до открытого столкновения, но так как здесь замешена магия, я не мог произвести их ранее – это было бы нечестно по отношению к противнику. Первым действие стало привычное движение руки, выдернувшее пробку из внушительных размеров сосуда, отягощающего мне спину. Из которого незамедлительно хлынул чистый желтый песок.
Затем, закрыв единственный глаз и сложив на груди руки, я на несколько мгновений выпал из реальности, погрузившись в глубины сознания и стремительно изменяя свое тело. Несмотря на то, что от любых действий противника я был надежно огражден правом первого хода, энергетические манипуляции осуществлялись с предельное быстротой – нельзя было допустить, чтобы Джайлз истолковал мое состояние как передачу инициативы. Магическая энергия, могучей волной хлынувшая к ушным раковинам, обострила слух до предела, одновременно активизируя барьер и ультразвуковой эхо-локатор. Задача первого состояла в контроле силы поступающих звуков, а конкретнее – в ослаблении и блокировки слишком «громких» колебаний, могущих нанести вред барабанной перепонке или просто нарушающих концентрацию. Второй испускал и улавливал чрезвычайно высокие звуковые волны, позволяя свободно ориентироваться в пространстве. Цена за подобные способности была достаточно высока: значительное ослабление всех иных органов чувств, в особенности зрения, утратившего четкость и возможность воспринимать цвета.
Но все же это не все. Не теряя ни секунды я начал формирование жестов-печатей – особого сочетания положений всех частей кистей рук, лежащих в основе моей системы магии. Среди многочисленных преимуществ и недостатков в настоящий момент наиболее важно было лишь одно: несмотря на возможное распознавание какого-либо жеста Ойген не мог расшифровать весь код. А потому не мог и предугадать мои действия, как это широко распространено среди магов этого мира. Впрочем, это справедливо для обеих сторон – я также абсолютно не понимал систему магии оппонента. Наконец, сложив последнюю печать, я произнес формулу, приводящую заклятие в исполнение:
«Нимпо: Суно-Гаппэи-но-Дзюцу». «Песчаное слияние».
В ту же секунду, когда последний звук рассек воздух, мое лицо ненадолго исказилось маской боли. Это было чрезвычайно неприятное заклинание, подключающее песок к нервной системе. Иными словами, оно позволяло управлять им силой мысли. Достойная награда за ощущения, похожие на прижигание содранной кожи каленым железом. Именно такое воздействие эта техника оказывала на пользователя.
Вот сейчас все. Можно уступать ход противнику. Хотя… неразумно пропускать атаку. И, припомнив совет одного из судий, я отправил часть песка, змеившегося у ног, к противнику. Расчет предельно прост: достигнув середины расстояния между нами, половина песок, подстегнутая силой мысли, «прыгнет» в лицо оппонента, дабы разодрать его и, в первую очередь, глаза в клочья. Вторая продолжит свой путь по земле, дабы проделать подобное, пробравшись под одежду.
Parkan
Раунд 1

- С вашего позволения открываю дуэль.
Глубоко, нечеловечески глубоко изогнувшись, странное существо коснулось в поклоне лбом камня. Согбенное, облаченное в пеструю одежду непривычного покроя, с замотанным бинтами лицом, на котором открыт лишь один глаз – да и тот словно бы закрыт бельмом... Что и говорить, странного противника послал Ойгену жребий. Но недооценивать его нельзя – во Второй круг Турнира прошли лишь достойные, а Дон Пахан, к тому же, наравне с Джайлзом получил право продолжить борьбу за титул чемпиона, победив обоих своих противников в основных боях.
Склонив голову, Паркан чуть подобрался, внимательно наблюдая за противником. Поскольку раньше с представителями нации «суно-он» он не встречался, рассчитывать на легкую и быструю расшифровку чар противника не приходилось. Значит, придется ориентироваться по вторичным, косвенным признакам, вычислять, строить предположения и действовать на основе догадок.
Шпок...
С характерным звуком Дон Пахан вскрыл здоровый кувшин, который принес с собой на арену. Под ноги суно-он’у потоком хлынул песок, самый обычный песок – логично, учитывая специализацию. Хмм... песок... песчаная буря... Ойген невольно вспомнил, как сам использовал песок в Первом круге Турнира, в поединке с Иделином Рамли. Конечно, напрямую работать с ним волшебник не мог, но вот поднять его в воздух вихрем и устроить телекинетику локальный самум проблем не составило. Вот и сейчас Джайлз начал припоминать цепочку заклятий, выстраивая их в уме в стройную формулу. Пригодится!
Тем временем Дон Пахан прикрыл свой единственный глаз... Уши Ойгена неприятно кольнуло. Это еще что? Уже началась атака? Да нет, как будто, больше воздействие (если это было воздействие) ничем себя не проявило. Впрочем, размышления прервала проявившаяся-таки активность соперника Джайлза. Руки суно-она, доселе неподвижные, заплясали в череде быстро сменяющих друг друга жестов. И, словно бы отвечая на движения рук, на сопровождающие эти движения легкие всплески Силы, рассыпавшийся по каменной площадке песок начал подрагивать, стягиваясь в струйки.
- Нимпо: Суно-Гаппэи-но-Дзюцу.
Необычно звучащая формула на чужом языке – и продолжающий ее шелест песка, обретшего подобие жизни. Собравшись в небольшой клуб, песчинки частью полетели, частью потекли к Ойгену. Ничего хорошего ждать от них не приходилось, а значит, пора принимать меры. Встав на одно колено и заранее чуть наклонившись влево, Ойген, прикрыв глаза, раскрыл ладони и повернул их к небу, словно бы поднимая на руках тяжелый груз.
- Verbera ventorum in sinister umerus…
Ответ стихии не заставил себя ждать. Резко и зло взвыл ветер, налетевший слева и ударивший в плечо. Мощный поток влажного речного воздуха рванул одежду, хлестнул по лицу, сметая далеко в сторону, за край площадки, весь потянувшийся было к Ойгену песок. Зацепиться песчинкам было особенно и не за что: вершина Колонны была неестественно ровной, несмотря на века и тысячелетия дождей и бурь, солнца и холода. Так... главное не перестараться! А то ведь и самому недолго сверзиться с обрыва.
Щурясь и морщась, Ойген взглянул на своего противника. Маг Песка и Звука... узкий специалист. Это сила – в своей области такой волшебник, скорее всего, одолеет оппонента с более широкой специализацией за счет более глубоких познаний в предмете спора. Но это и слабость – чем специфичнее источник силы и инструмент воздействия, тем подчас легче бывает его заблокировать или ослабить. Как, например, Ойген поступил только что с направленным против него песком... и как намеревался поступить сейчас со Звуком.
Как известно, любые звуки, как слышимые человеческим ухом, так и те, что ему недоступны – суть колебания Воздуха. Колебания эти могут быть чаще или реже, иметь большую или меньшую силу - от этого, собственно, зависят тон и громкость получаемого звука. Но это сейчас не важно. Важно другое – средой для колебаний является Воздух, знакомая, можно сказать, родная стихия Ойгена! В предыдущих поединках Джайлз тоже прибегал к акустическому воздействию на противника. Иногда это позволяло достичь весьма необычных и неожиданных результатов. Тогда воздействие Паркана порождало колебания, а что, если сделать наоборот?...
- Taciturna silentia: a vox suppressa ad fremor, a fremitus ad pipiatus…
Время от времени покачиваясь под порывами непрекращающегося ветра (уже без поддержки - силы вложено достаточно, ему дуть еще минуты две-три), Ойген торопливо сплетал довольно сложное заклятие, импровизируя на ходу. Основой послужил классический «Круг тишины» - эффективное оружие против тех волшебников, кто активно использует в своих построениях вербальный компонент. Но этого было мало. Памятуя о специализации Дона Пахана, Ойген, решив подстраховаться, ввел в заклятие дополнительные пассажи, подавляя также и звуки, которые человеческое ухо воспринять не может, находящиеся как ниже, так и выше порога слышимости. Если и не удастся подавить полностью, то по крайней мере изрядно их ослабить.
Волшебник плел заклятие, а вокруг становилось все тише и тише. Нет, ветер по-прежнему трепал волосы Ойгена, холодил открытую кожу, но вот свист и вой становился все тише и тише, словно доносясь сквозь толстый слой ваты.
Последние звуки формулы, завершающий жест – ладони поднятых рук обращены к противнику, затем руки расходятся в стороны, словно бы отгораживаясь от мира – и все вокруг кануло в тишину. Можно утереть со лба выступившую испарину; заклятие потребовало изрядных усилий! Магический полог (купол в форме правильной полусферы) накрыл всю арену, граница прошла по самому краю обрыва. Лишь шелест крови в жилах, легкий присвист втекающего и покидающего легкие воздуха, да мерный стук сердца подсказывают, что эта внезапная глухота – внешняя.
Дон Пахан
Взревев, на тихо струящийся песок обрушился дикий порыв ветра, грубо отшвырнувший почти достигшую цели желтую массу и заставивший меня ещё более согнуться, прикрыв рукой единственный глаз. С жалобным скрипом песок понесся к краю площадки. Нет, не позволю. И хотя идеально гладкая поверхность отнюдь не способствовала торможению, это не имело большого значения, благо манипуляция песком, помимо всего прочего, подразумевала придания ему ускорения в любом направлении. И сейчас он рванулся вперед, гася приданный ветром импульс и одновременно группируясь позади меня. Получить песок из камня довольно сложно, материализация требует серьезных затрат, а потому разбрасываться универсальным материалом предельно глупо. К тому же энергоразмен мне на руку. Что же касается непосредственно результата атаки, то это скорее небольшой тест на реакцию, нежели реальная угроза, и надо признать, Ойген блестяще с ним справился. Впрочем, другого я и не ждал.
Следующий ход противника оказался одновременно неожиданным и банальным. Банальным – потому что был рожден нехитрым расчетом: оппонент использует магию Звука, звук чаще всего есть колебания воздуха, я маг Воздуха, следовательно… необходимо «нейтрализовать» звук. А потому предсказать тип атаки не составляет труда. Но вот её конкретное воплощение… Оно превзошло все мои ожидания. Противник изящно заглушил все звуки на арене. В тишине растворилось все: и резкий свист ветра, и тихий шепот клубящегося у ног песка. М-да. Несколько проб подтвердили мои опасения: Ойген просто гасил все колебания воздуха, и для того, чтобы услышать звук, последний должен обладать чудовищной силой. Мой локатор на такое способен, но… это тяжело и расточительно. Как итог, я лишился надежного ориентирования в пространстве и доброй половины магических схем. Что ж, Ойген, надеюсь, мой ответ тебя не разочарует.
Нет, я не собирался снимать барьер. Отчасти потому, что это самый очевидный ход, отчасти из-за природы заклинания. Безумно сложное в процессе формирования, что ярко отразилось на лице Ойгена, оно, будучи созданным, изрядно иссушало запасы энергии для поддержания, но не требовало постоянной концентрации внимания. Иными словами, прекратить его можно, лишь вынудив мага отключить питание. Я сделаю лучше.
Чуть распрямившись, под непрерывными порывами ветра я начал плести заклинание. Кисти растворились в бесконечном мелькании. Земля под ногами мелко задрожала, покрываясь паутиной трещин. Присев, я вытянул руки вперед:
«Нимпо: Хи-но-Дзюцу.» «Искра».
Слова эхом прокатились… у меня в голове. Любое заклятие для завершения требовало формулы. Но она не обязательно должна произноситься вслух. Вербальная активация, безусловно, эффективней ментальной… но лишь в случае, когда противник не способен по ней опознать заклинание. Как, например, на Турнире. На родине же названия практически никогда не произносились: слишком велик риск преждевременно выдать свои действия.
История данной техники очень интересна. Во-первых, это первое заклинание, созданное лично мной. Во-вторых, оно придумано специально для Турнира. В-третьих, оно не принадлежит к умениям моего клана. Но обо всем по порядку: арсенал магических приемов любого суно-она долгое время состоит лишь из общеизвестных заклятий. Иными словами, набор техник жестко ограничен. Честь сотворить и использовать новое заклинание даруется воину лишь за исключительные заслуги. Если оно приживается, то попадает в общеобязательную программу для изучения. Это, между прочим, единственный способ её пополнения. Затем, все мои противники полагаются на зрение как на основной инструмент восприятия реальности. Это уязвимое место, и его необходимо поразить. Наконец, суно-оны не владеют техниками, связанными с электричеством. Это прерогатива «каминари цуто» - «ловцов молний». Однако, согласно традициям Турнира, молнии принадлежат школе Воздуха, к тому же мои способности резко ограничены в воздействии на зрение. А потому мне пришлось ненадолго вернуться в родной мир, дабы поймать одного из «ловцов». Несмотря на то, что мой народ, как, впрочем, и остальные, давно возвел пытки в ранг искусства, мне пришлось обратиться за помощью к «кангаэ цуто» - «ловцам разума». В обмен на пленника они передали мне необходимую информацию, добытую прямо из мозга жертвы. Такова участь слабых. В конце концов, я получил это заклинание.
Условно оно состоит из двух частей: маскировочной и боевой. Первая направлена на сохранение в тайне истинного эффекта заклятия. Дрожащая земля, распределение силы по всему телу, подавление возможного электрического возмущения – все это призвано ввести противника в заблуждение. Когда плетение закончено, счет идет на мгновения. Вся накопленная сила концентрируется в одной руке, одновременно создается защитное поле, аналогичное тому, которое применяют все маги при использовании молний для блокирования воздействия своего же заклинания. Этот барьер обволакивает траекторию, по которой секунду спустя проскочит колоссальный электрический заряд. Полог не дает тепловой и электрической энергии распространятся, держа её в определенных рамках. Тем самым достигается минимизация затрат – весь заряд возвращается назад. Исключение составляет лишь последний, боевой элемент – свет. Мощнейшее излучение блокируется со всех сторон, кроме направленной к противнику. Возникшая вспышка, безвредная для пользователя (хотя глаз он все же закрывает), полностью выжигает глаза оппоненту. Тонкие веки не способны помочь. А, учитывая, что залогом отражения атаки является её распознавание, что происходит благодаря внимательному наблюдению за действиями противника, шансы на успех довольно высоки. В случае удачи Ойген навсегда лишится зрения, что, фактически, предопределит его поражение. И ещё одна деталь: сразу после применения необходимо сделать десяток шагов вправо. Дабы избежать быстрой контратаки оппонента.
Parkan
Раунд 2

Еще только завершая последние такты заклятия подавления звуков, Паркан четко осознал критический недостаток своих действий в дебюте. Нет, защита удалась на ура, судя по тому, как противник согнулся, прикрывая единственный глаз рукой, как шевельнулись беззвучно его губы (видимо, в процессе оценки масштаба произошедшего). Но в этом-то и заключалась сложность ситуации. Ойген лишь защищался, непозволительно упустив контроль над течением поединка, отдав инициативу в бою Дону Пахану. В конце концов, кто сказал, что маг-специалист совсем беспомощен за пределами своей компетенции? Как известно, безвыходных ситуаций не бывает... Опасения чародея подтвердились очень скоро, Паркан даже не успел встать с колена. Серия пассов суно-она заставило задрожать, казалось бы, несокрушимый монолит под ногами. По поверхности камня поползли с легким, чуть "слышным" через подошвы сапог потрескиванием тонкие трещинки. Проклятие! Сколько же сил он собирается влить в заклинание?!
Руки противника тем временем явно превысили предел ловкости человека, слились в туманное облако, в котором практически невозможно было разглядеть отдельные жесты... Что же он делает? Всплески силы многообразны, те из них, которые удалось опознать, противоречат один другому. Так... А это еще что такое?!!
Не раздумывая, подчинившись истошному воплю инстинкта самосохранения, Ойген как стоял на одном колене, так и упал - ничком, плашмя, лицом в камень, накрыв голову руками, стараясь как можно плотнее вжаться в шершавую поверхность. Потому что секунду назад, еще стоя, Джайлз почувствовал изменение в пространстве перед собой. Обычно однородный, воздух перед магом вдруг приобрел аномальную анизотропность диэлектрической проницаемости - и больше всего это напоминало приставленное к груди жерло жуткого изобретения гномов, орудия, способного с помощью направленного взрыва швырнуть каменное или даже металлическое ядро с силой, превосходящей мощь любой катапульты. И времени заслониться у Джайлза уже не оставалось...
Мага Воздуха спасло то, что по каким-то своим причинам Дон Пахан вынужден был ограничить рабочий объем своего атакующего заклятия цилиндром, проведенным сквозь грудную клетку стоявшего на колене чародея. Останься Ойген в прежнем положении, могучий разряд молнии, прошивший воздух у него над головой, оставил бы в груди мага сквозную дымящуюся дыру, в которую бы легко прошел кулак взрослого мужчины! Сурово... Несмотря на блокировку, волосы на голове и затылке волшебника наэлектризовались так, что встали дыбом. Осторожно приподняв голову, Паркан провел по шевелюре ладонями, отчетливо ощущая "треск" впивающихся в пальцы искорок. Кажется, все?..

Да, как же!

Ослепительный, до невозможности яркий белый свет залил камень вокруг мага беспощадным сиянием. Мгновенно закрывшись руками и отчаянно зажмурившись, Джайлз вновь уткнулся лицом в камень арены, спасая зрение от вражеского заклятия. Какое там Солнце, при некоторой привычке на него можно без особого вреда бросать короткие взгляды даже в полдень. Неееет... Этот свет мог бы в момент выжечь чувствительные внутренние органы глаз Ойгена, если бы тот в момент вспышки смотрел на противника! Воистину, велик и многогранен талант суно-она, нашедшего способ с помощью магии Воздуха призвать Свет такой силы - родственное Воздуху, но все же иное начало...
Безумное светопреставление, тем временем, наконец-то закончилось. Сияние, успевшее докрасна опалить незащищенную кожу рук и лица (словно бы Ойген провел несколько часов на солнцепеке), ослабло и, хвала Вечному Небу, угасло. Оскалившись, с низким горловым рыком (слышным, впрочем, лишь самому магу), Ойген рывком вскочил на ноги. Взор застилали пляшущие цветные пятна, глаза слезились, но все это было малосущественные мелочи: зрение Паркан все-таки сохранил. Пора бы уже и противником заняться – вон он, как раз решил сменить дислокацию, сместился левее на несколько шагов. Жди сюрприза, суно-он!
Поддержка «Купола тишины» непрерывно высасывала из Ойгена силы, волей-неволей ограничивая арсенал доступных средств, как и сама природа заклятия, отсекшая заклятия, требующие вербального компонента. Но эффективное заклятие – не обязательно сложное и энергоемкое. Взять хотя бы барьер из неподвижного воздуха... или, точнее, перемещаемый экран из застывшего воздуха. Высокий и широкий барьер площадью два на четыре метра примерно, слегка вогнутый (как боковая поверхность широкого вертикального цилиндра), обращенный выпуклостью к Паркану. Высокий и широкий барьер, сформированный концентрацией и усилием воли. Сплошная, твердая и гладкая поверхность, перемещаемая взглядом с приличной скоростью и прилагаемым усилием...
Прикрыв глаза ладонью от все еще сильного, секущего кожу ветра, маг Воздуха принялся сосредоточенно орудовать новосотворенным экраном, стараясь оттеснить Дона Пахана к краю площадки – и, при удаче, столкнуть с обрыва!
Дон Пахан
Хороший воин отличается от плохого тем, что непредвиденные события происходят не по его вине. У отличного же их просто не бывает. Такова военная мудрость суно-онов. И, судя по этому закону, я, несмотря на все свои старания, по-прежнему отношусь к самой первой категории.
Может ли пара миллиметров оказаться достаточно весомой, чтобы качнуть весы в сторону одного из дуэлянтов? Несомненно, если это поединок магов. Ничтожная погрешность в отклонении пальца в одной из печатей – и стройное заклинание рассыпается в прах. Колоссальная электрическая искра, должная, по первоначальному замыслу, проскочить между вытянутыми руками, сорвалась, выскочила из намеченной траектории, намереваясь пронзить грудь оппонента. На первый взгляд, может показаться, что это не слишком существенная деталь, но это впечатление обманчиво. Для мага Воздуха не составляет труда почувствовать направление готовящегося электрического возмущения, и Ойген, обнаружив непосредственную угрозу для жизни, принял наиболее верное решение – рухнуть на землю, прижав голову к камню. В результате, несмотря на сильнейшее световое излучение, сопровождавшее разряд, серьезной угрозы зрению человека не возникло. И я был вынужден признать, что атака полностью провалилась. И даже то факт, что молния, описав безумную дугу, уступила запоздалой корректировке, вернувшись-таки в руку, не может этого изменить.
Конечно, можно списать всё на банальную неудачу. Точнее, можно было бы – если бы ещё одна мудрость не гласила, что удачи не существует – есть только опыт и умение обращать любые ситуации себе на пользу. Так что это только моя ошибка. И, разумеется, заслуга оппонента – ведь он умело использовал случайно выпавшую возможность. Кажется, мои предчувствия сбываются. Судьба улыбается тебе, Ойген. Не упусти свой шанс, не преврати её улыбку в оскал. А я, в свою очередь, постараюсь достойно встретить твою атаку.
Песок по-прежнему жалобно бурлил позади меня, скрываясь от яростных порывов все еще бушующего ветра. Чуть привстав и слегка прикрыв глаз рукой, я остановил свой взгляд на Паркане, ожидая.
Выпад противника не заставил себя долго ждать. Изменившись в лице (видимо, закрыв глаза) и явно сосредоточившись, Ойген нанес удар. Хотя это довольно трудно назвать ударом. Просто какая-то невидимая сила начала давить на меня, оттесняя к обрыву. Попытки обойти странное воздействие ни к чему не привели. Насколько я могу судить, это что-то вроде воздушной стены. Оппонент, не давая молекулам воздуха свободно перемещаться, либо создавал какое-то давление, либо просто выстраивал их в виде некоего подобия решетки. Впрочем, подобные тонкости не имеют значения. Угроза определена, теперь необходимо её ликвидировать.
Ответ на вопрос «как?» пришел в мгновение ока, равно как и способ обеспечения возможности для этого ответа. Секунды колебания были вызваны опасениями, не такого ли исхода ожидает оппонент? Однако на поиск иного выхода времени не было, и придется обойтись тем, что есть. Песок, вздыбившись, сформировал нечто вроде другой стены, моментально упершейся в магию Ойгена и противодействующей ей путем аналогичного физического воздействия. Попытки переместить «твердый воздух» приведут к движению песка. Впрочем, это всего лишь временная мера, предназначенная для предельного торможения атаки противника. Остановить которую таким образом невозможно. Паркан, разумеется, пересилит без особого труда, вот только выигранные секунды пойдут на плетение нового заклинания:
«Нимпо: Син-Дзиюу-но-Дзюцу». «Истинная свобода».
Это заклятие – одно из знаковых для школы Воздуха, стоящее в одном ряду с ветрами и молниями. Бесчисленные способы исполнения различны во всем, кроме неизменного результата. Это возможность, презрев законы природы, ненадолго припасть к источнику истинной свободы. Воспарить в небеса, упиваясь осознанием того, что все оковы и преграды сметены. Принцип работы моего варианта предельно прост. Маг получает контроль над давлением воздуха вокруг себя. Изменяя его, он может как зависать на одном месте, так и беспрепятственно перемещаться. Мне впрочем, не суждено полностью реализовать потенциал этой техники: вполне хватит трех метров вверх: покидать арену бессмысленно, а суть атаки Ойгена, если я верно её понял, заключается именно в вытеснении меня с поверхности Колонны. В крайнем случае я всегда смогу посоревноваться с его заклятием в скорости полета.
Но этого недостаточно. Оставлять плетение человека нетронутым значит дарить ему основу для более сложного и изощренного хода. Так как воздушная стена, судя по гибкости и быстроте реакции, управляется магом напрямую, что, впрочем, идеально подходит для подобного вида атака, необходимо сбить его концентрацию. Это может привести если не к развеянию заклинания, то к полной потери управления. Руки, вновь сошедшиеся в неистовом танце, слились с мысленной формулой:
«Нимпо: Усуи-Гансэки-но-Дзюцу» «Жидкий камень».
Название кратко и точно отражает эффект этого заклинания, которое отчасти схожа с антизвуковым барьером Паркана – оно также в определенной степени игнорирует всемирные законы, не поддаваясь объяснению со стороны разума. Поверхность скалы в окружности радиусом два метра с Ойгеном в центре в одно мгновение потеряло незыблемость. Наиболее близким аналогом обычного мира является густая жидкая грязь, стремительно засасывающая неудачливую жертву. Помимо стандартных настроек типа площади, в плетение вложено три условия возвращения в первоначальное состояние твердого камня: непосредственно по моему приказу, если оппонент погрузится более чем на треть метра, и если он вытащит любой из уже поглощенных участков тела более чем на два сантиметра. Впрочем, подобное возможно лишь при магическом вмешательстве.
А пока я завис в воздухе, напряженно вглядываясь в ответные действия человека.
Parkan
Раунд 3

Решение использовать подвижный воздушный барьер было спонтанным, порожденным отчаянным поиском средств, не требующих излишнего расхода сил – но оказалось весьма удачным и, похоже, неожиданным для противника. Пока суно-он разбирался, что же на него давит, он успел проиграть метра три, а то и четыре. Однако затем эффект неожиданности прошел. Экран, видимо, представлял собой неплохое укрытие от ветра – все еще сильного, хотя и уже утихающего: песок, до того прятавшийся от порывов за спиной Дона Пахана, темным облаком вырвался из своего убежища и начал противодействовать перемещению, распределившись по поверхности щита неровным овальным пятном ближе к его центру. Началось элементарное противостояние «сила против силы». Да, за счет прямого маневрирования Ойген все еще продвигал свое орудие, но теперь гораздо медленнее – по сути, барьер теперь можно было бы и просто обойти. Но суно-он выбрал другой способ. Вновь замелькали в длинной череде сложных жестов руки, противник подпрыгнул, и – взлетел над поверхностью арены, оставив барьер под ногами.

Проклятие!

Похоже, досье участника Турнира оказалось не совсем точным: суно-он не выказал ни малейшего смущения, оказавшись в пространстве, не пропускающем звуковые колебания. Наоборот, буквально сразу после установки полога Дон Пахан нанес мощный электрический и световой удар, требующий значительных затрат силы и глубоких познаний в магии Воздуха. Теперь вот воспарил над грубой каменной поверхностью, аки живописуемый слугами Спасителя ангел, а ведь в полет отправиться - это не просто ветерок вызвать... Все, к воронам! Звук и песок – это следует воспринимать лишь как эвфемизмы, призванные скрыть истинный выбор дисциплин: Воздух и Земля. И действовать нужно соответственно.
Зло рубанув рукой воздух, Ойген оборвал «Купол тишины». Немедленно наступило неимоверное облегчение – словно бы скинул с плеч тяжеленный мешок! Следующим жестом (ладони столкнулись перед грудью, словно бы сминая невидимый лист бумаги) Паркан сложил свой экран так, чтобы песок, распределенный по поверхности щита, оказался внутри. Дон Пахан временно оставил его без присмотра - очень, очень кстати. Равномерно сворачиваясь от краев к центру, барьер собрал песок в плотный круглый ком, превратившись в этакий контейнер для опасного содержимого. Осталось лишь придать ему немного дополнительного веса, и зачарованный песок можно будет, наконец, отправить вниз, в реку.
- Creatio aqua - in glaciem concrescere...
«Купол тишины» больше не тянет на себя львиную долю сил – как же теперь, кажется, просто материализовать внутри получившегося шара воду, целиком заполнив все свободное от песка пространство, и превратить ее в сверкающую ледяную глобулу. Последний толчок перед рассеиванием экрана сдвигает тяжелую непрозрачную сферу с места, и глыба льда, с хрустом прокатившись по камню площадки, срывается с края Колонны, устремляясь навстречу спокойным водам Оконори...
- Что за... ?!
Краткий момент торжества обрывается, когда скала под ногами, такая твердая и надежная, с хлюпаньем превращается в жижу. Ноги немедленно начинают погружаться в растекшийся грязью камень, и на сей раз из зоны поражения не сбежишь – надежной опоры нет, а до края не тронутой заклятием площадки целых два метра. Отчаянным рывком Ойген рванул правую ногу: вытащить удалось почти до края подошвы сапога, но левая разом ушла по середину икры... на чем погружение закончилось. Злоключения Ойгена, правда, заканчиваться и не думали. Камень вновь стал твердым, сдавив захваченную конечность! Правую ногу, с хрустом сломав тонкую каменную пленочку, удалось вытащить окончательно, но какой в том толк, если левая якорем держит на месте? А противничек – вот он, висит все там же, смотрит, наблюдает... Из камня нужно срочно выбираться, иначе дуэль закончится быстро, болезненно и неэстетично. Противника надо отвлечь - и отвлечь так, чтобы хотя бы в ближаюшую минуту-две ему было не до застрявшего в скале Паркана. К счастью, эту задачу противник облегчил Ойгену сам, поднявшись над поверхностью и отдавшись во власть Воздуха...
- Turbo tuae!!
Новое заклинание сплелось само собой. Жесты не требовались – рожденный по воле волшебника, вокруг суно-она закрутился мощный локальный вихрь. Угловая скорость закольцованного воздушного потока вокруг Дона Пахана вполне могла сравниться со скоростью вращения вихря внутри смерча, и это было еще не все: ось вращения располагалась параллельно земле, а поток был направлен суно-ону в лицо, заставляя его постоянно "заваливаться" на спину. Пусть, пусть попробует сложить правильно хоть один жест, когда руки под действием центробежной силы непроизвольно поднимаются над головой, а кисти распирает кровью, когда земля и небо мелькают перед глазами (то есть, одним глазом) так часто, что сливаются в сумасшедший калейдоскоп, а желудок, подкатывая к горлу, пытается исторгнуть из себя все, что было съедено за последние три дня.
Дон Пахан
В процессе формирования последнего заклинания я с удивлением для себя заметил, что доселе тонувшие в антизвуковом барьере волны впервые вернулись ко мне. Это могло означать лишь одно – Паркан уничтожил свое плетение. Почему? Потому что убедился в его несостоятельности. В условиях прекрасного освещения, крайне ограниченного пространства и отсутствия необходимости пристально изучать движения противника даже моего зрения более чем достаточно для успешного ведения боя. Лишая меня значительного числа магических схем, которые, впрочем, малоэффективны против адептов Воздуха, Ойген подвергал себя серьезной нагрузке, при этом отказываясь от вербального компонента заклятий. Размен был явно в мою пользу. Но сейчас преимущество исчезло. Впрочем, может быть, он все же совершил ошибку?
Однако, я слишком сконцентрировался на плетении, упустив нить развития поединка. Иначе невозможно объяснить тот факт, что я не заметил последний ход оппонента. Не отрывая взгляд от бесконечного мелькания складывающих печати рук, я прислушался к эхо-локатору. Как оказалось, в этом не было необходимости – следующее воздействие я почувствовал бы и так. Воздушная стена, все ещё борющаяся с песком, внезапно резко прогнулась, стремительно обволакивая провалившуюся вперед массу. Моя попытка среагировать опоздала – импровизированный шар быстро заполнился стремительно леденеющей водой, после чего был отправлен в недолгое путешествие к неспешным волнам протекающей глубоко под облаками реки. Это жертва, которую я принес без сожаления, как из-за восполнимости потери, так и ради ожидаемого эффекта от только что завершенного плетения, время на которое и было куплено. К тому же, Ойген терял и свою стену тоже.
Итак, камень под ногами Паркана в мгновение ока из воплощения твердости превратился в жидкость - квинтэссенцию изменчивости. Сапоги человека незамедлительно начали погружение. На мгновение задумавшись, он решительным движением вытащил правую ногу. Левая естественно, провалилась ещё глубже. На этом первый фаза задуманного завершилась – сработали сразу два условия, и мое заклятие прекратило свое существование, вновь возвращая хлюпающему камню природную устойчивость. В результате, Паркан оказался в капкане.
Сейчас все вновь решает скорость. Выход из ловушки для мага Воздуха очевиден, но чересчур труден и энергозатратен. Он наверняка попытается найти другой… предварительно нейтрализовав меня на некоторое время. Но я постараюсь не предоставить ему такой возможности. Руки на предельной скорости начинают свой танец, благо на сей раз тот непривычно короток. Счет идет на мгновения. Выбрасываю руку вперед, воздух впервые рассекают слова:
«Нимпо: Сабак…»
Я не успел. Ойген не стал прибегать ни к помощи слов, ни к помощи жестов, и выигранное время без труда перевесило мою чашу весов. В лицо ударил бешеный порыв ветра. Я рванулся куда-то вправо. Бесполезно. Меня поглотил водоворот сильнейшего вихря, неистово вращающегося на одном месте. Браво, Паркан. Лучшего отвлекающего маневра и не придумаешь. Беспомощная жертва, влекомая могучим потоком, болтается в воздухе, не в состоянии сказать, где небо, а где земля, а, главное, практически лишенная контроля своего тела. Для мага, практикующего жестовую систему, положение практически безнадежное, в особенности, если его умение управлять Воздухом не на высоте. Меня, впрочем, занимали совершенно иные мысли: с каждой секундой хрупкая надежда застать Ойгена по-прежнему прикованного к скале растворялась, а, значит, мне необходимо вырваться из этой тюрьмы до того, как он выберется из своей. Единственное, на что я могу рассчитывать – все ещё действующее заклятие полета, так как за исключением ряда техник на крайний случай, все остальные магические манипуляции требуют жестов – роскошь, непозволительная, даже просто невозможная в данной ситуации. Закрыв глаз, я постарался предельно сконцентрироваться, отгородившись от безумно отвлекающих чувств. Сейчас я на очень высокой скорости перемещаюсь по замкнутой траектории в виде круга с небольшими вариациями. Чтобы освободиться, мне необходимо разорвать кольцо. Для этого, в определенный момент нужно совершить рывок, увеличив свою скорость настолько, чтобы уйти с импровизированной орбиты. Необходимо копить силы, одновременно готовясь выплеснуть их за один раз, а также, насколько это возможно, выбрать оптимальный момент и направление для рывка. Сейчас. Негромкий хлопок, потонувший в реве ветра, мощное магическое возмущение – и я кубарем вылетел из вихря, всё ещё кувыркаясь. Но это не имеет никакого значения. Не придя в себя, не восстановив привычное восприятие мира, даже толком не оглядевшись, я начал плетение заклинания. Пара секунд, вытянутая рука – и слабый шепот, после которого пальцы сжимаются в кулак:
«Нимпо: Сабак-Сусу» «Песчаное погребение».
Моя любимая техника. Применяемая в различных ситуациях, использующаяся во многочисленных комбинациях, она всегда служит одной цели: смерти через объятия земли. Камень, возможно, все ещё окружающий ногу Ойгена, в мгновение схлопнется, разрывая мышцы, дробя кости – превращая её в кровавое месиво. Независимо от результата, мне придется опуститься на площадку, не убирая заклятие полета и наконец-то полностью вернуться к действительности.
Parkan
Раунд 4

На какое-то мгновение исход всего боя повис на волоске. Все зависело от того, кто успеет первым: попавший в ловушку маг Воздуха или загнавший его туда суно-он. Как это бывает иногда в критических ситуациях, восприятие человека сместилось, ускорившись в несколько раз, жаль только, скорость остальных движений осталась прежней - мучительно медленной... Вот противник начинает поднимать руку, плавно, неспешно, словно во сне. Вот губы Дона Пахана шевельнулись:
- Нимпо: Сабак...
Поздно!! Последние петли и связки закончены, элементы выстроены в идеальном боевом порядке, взрывной выплеск энергии, подхлестнутый напряжением натянутых, как струны, нервов, в лучшем виде превращает противника в гротескный зависший в воздухе волчок. Можно через силу выдохнуть, выдохнуть и вновь вздохнуть, стараясь унять заходящееся сердце... Несмотря на весь опыт и талант, суно-ону потребуется некоторое время на преодоление заклятия - уж очень сложно в таком состоянии достичь достаточной концентрации. Можно заняться собственными проблемами.
Конечно, если судить отстраненно, извлечение ноги из камня не представляло собой такую уж сложную головоломку. Переход в элементальную форму - и готово. Но это долго и затратно, требует тщательной подготовки. Вполне возможно, что противник успеет вырваться из вихря раньше. Значит, самый очевидный способ не годится. Что можно придумать еще?
Так, что же произошло в момент погружения? Камень вел себя как густая, вязкая жидкость. Значит, намертво стиснуть ногу он не мог - не хватило времени. Да, пожалуй - судя по ощущениям, ни сапог, ни даже штанина "промокнуть" не успели. Попробовать вытащить ногу прямо так? Нет, не стоит и пытаться: сапог сидит на ноге плотно, а он-то в камне застрял намертво. Хмм... плотно... трение большое... А если попробовать его снизить? Вот оно... Вот оно! Как снять кольцо, застрявшее на опухшем пальце? Палец нужно смазать маслом. Здесь тот же принцип, хотя ставки повыше, а масштабы побольше. Работаем!
Первым делом нужна влага, которую можно было бы преобразовать в масло. Это несложно для мага Воды: зажатая в камне без доступа воздуха, конечность и так уже покрылась потом. Усилить потоотделение еще немного не представляет труда, благо распоряжаться влагой собственного тела можно простым мысленным усилием. Так… а теперь само преобразование.
- Reformatio fluidum: ex aqua in oleum.
Странное тянущее ощущение в икре – словно кровь переполнила сосуды. Штанина быстро прилипла к коже, по которой одна аз одной текут капли пота. Затем их бег замедляется, а потом и вовсе останавливается: пот превратился в масло, обычное растительное масло. Осторожная попытка потянуть ногу… конечность начинает «ходить» в тесных каменных объятиях. Второй заход, третий – уже легче, лодыжка и подъем вот-вот пройдут голенище, мешает лишь застрявшая в камне штанина. Со стороны вихря, где бился в клетке закольцованных воздушных потоков суно-он, доносится хлопок, отлетает в сторону неясная, размытая тень… Проклятие, он же освободился, сейчас сожмет капкан!! Отчаянный рывок вверх, треск разрывающейся ткани штанов, жжение в нескольких глубоких ссадинах… и хруст размалываемого в беспощадных каменных челюстях сапога. Джайлз осторожно поднялся с четверенек, стараясь не переносить вес на вымазанную маслом, босую левую ногу. Ссадины, ботинок… какая же, право слово, малость по сравнению с потерей ступни и части голени!
Мрачно осмотрев освобожденную конечность, Ойген поднял тяжелый взгляд на противника. Как говорится, долг платежом красен! Чуть склонив голову, Паркан сосредоточился на воздухе на арене и вокруг нее. Боковой ветер, вызванный Джайлзом в начале поединка, уже прекратился, спасший его только что вихрь, потеряв цель, тоже стих – в общем и целом, воздух вокруг пришел в свое естественное состояние, за исключением области непосредственно вокруг Дона Пахана, где на него, видимо, еще воздействовало заклятие полета. Сделав глубокий вдох, Ойген потянулся через непостоянную, переменчивую стихию к противнику. Неоспоримое достоинство Воздуха – в его способности проникать практически всюду, а значит, действуя через него, можно коснуться даже удаленных и труднодоступных объектов, передать им энергию или, наоборот, забрать ее. При некотором старании можно даже «забраться» оппоненту в легкие. Казалось бы, что там можно найти? Ответ очевиден: сами легкие – нежный парный орган, состоящий из мягких пузырьков, поверхность которых покрыта влагой. А эту влагу, как и любую другую можно превратить в лед.
Впрочем, до легких добраться довольно сложно (да и насколько эффективен будет подобный прием против суно-она, прошедшего длинную серию магических модификаций организма?). Но легкие – не единственный орган со слизистой оболочкой в организме человека или существа, схожего с ним по строению. И самые доступные из таких органов – глаза!
- Oculus sinister gravis hypothermia!
Любезность за любезность, суно-он! Хотел оставить меня без ноги? Что ж, вот мой ответ. Резкий порыв ветра ударит прямо в открытый глаз, странный глаз, представляющий собой мешанину серого и черного. Если получится, этот порыв выбьет немного слез, если нет – и так сойдет. Второй эшелон заклятия резко понижает температуру пленки покрывающей глазное яблоко влаги. Понижает настолько, что превращает ее в тонкую корочку льда. А третий слой формирует на обеих сторонах новосотворенной ледышки крошечные иголочки. Внутренние впиваются в глазное яблоко, внешние ждут, когда жертва моргнет, чтобы впиться во внутреннюю поверхность века. Возможно, с учетом деактивации «Купола тишины», зрение для суно-она не так уж и важно, но резкая боль в глазу будет изрядно ему мешать!
Дон Пахан
Я снова не успел. Это стало ясно спустя секунду после сотворения заклинания. Каменный пресс начал работать необычайно легко, практически не встречая сопротивления, что истолковвывается единственным образом: Паркан, несмотря на мои усилия, ускользнул из капкана до того, как он захлопнулся. А как именно – уже не имеет значения.
Потратив некоторое время на приведение в порядок сильно расстроенных чувств, я неспешна опустился на площадку напротив Ойгена – точь-в-точь как в начале поединка. Однако это сходство иллюзорно, и расстановка сил к настоящему моменту претерпела значительные изменения: я лишился почти всего запаса песка, исключая какую-нибудь жалкую сотню пылинок, разбросанных по арене или оставшихся в сосуде. Взамен, меня окружало заклятие полета, не используемое, но все равно требующее энергии на поддержание контроля над стихией, хотя эти затраты довольно малы. Противник же лишился левого сапога. Весьма значительная потеря. Это, впрочем, не считая солидного истощения с обеих сторон, так как с самого начала в ход пошли весьма «тяжелые» заклинания. Наконец, дуэлянты получили легкие повреждения, как-то ожоги, ссадины и головокружение. В целом, можно сказать, что к предпоследнему раунду на поле боя все ещё царил паритет. Это я и собирался изменить.
Но пока право атаки принадлежит оппоненту, мне остается лишь безучастно наблюдать, гадая о природе следующего выпада и подготавливая свой. Первое в данной ситуации бесполезно, второе не должно поглощать слишком много внимания, дабы не пропустить начала враждебного действия. И все же очертания следующего хода приобретали приятную четкость, оставалась лишь одна маленькая деталь. Как только я найду приемлемый способ её нейтрализовать, можно будет приступать.
- Oculus sinister gravis hypothermia!
На этот раз я был готов и, уловив изменение в воздушной стихии, начал приседать, а рука и веко одновременно ринулись на защиту глаза. Но человек и на сей раз меня опередил, видимо, лицо с самого начала было приоритетной целью, и ветер формировался в непосредственной близости от него. Как бы то ни было, бешеный порыв успел хлестнуть по последнему органу зрения, заставив полумертвую слезную железу, натужно скрипнув, выделить скупую каплю влаги, призванную исправить последствия удара. Это все? Не верю. Нет даже тени сомнения, что это всего лишь прелюдия, предваряющая основную атаку. Вот только… какой в ней смысл? Какую цель преследовал это порыв? Отвлечь? Сбить концентрацию? Все не то. Может быть…
Дальнейшим лихорадочным размышлениям противник положил конец, изящно завершив комбинацию .И без того нечеткая картинка подернулась дымкой, а я неожиданно почувствовал боль в области глаза. Хотя нет, в самом глазу. Рефлекторно опустившееся веко не сняло её, а, напротив, увеличило. Что же ты сделал? Укол воздухом? Но я бы почувствовал возмущение, значит вода, но материализации не было да и… а, вот оно что. Да, Ойген, уж в чем, а в способности выжимать из своих умений максимум ты превосходишь большинство встреченных мною воинов.
Большинство магов, за исключением последователей нескольких направлений, таких, как некромантия, избегает непосредственного воздействия на противника. Мощная магическая аура затрудняет работу с тканями, одновременно облегчая обнаружение подобного воздействия. К тому же это требует огромной концентрации, ювелирной точности и, как следствие, значительной траты времени. Работу со стихийными компонентами тел не многим проще. Тем не менее, что может помешать опытному магу соответствующих школ превратить в лед и видоизменить ничтожное количество воды на расстоянии в десяток метров? Это действительно блестящий ход: жуткая боль и весьма вероятная вечная слепота при практически полном отсутствии шансов на парирование. На подавляющем большинстве созданий, так или иначе использующих зрение, это должно сработать. Сработало, хоть и со скрипом, это и на суно-оне.
В защиту выступили три обстоятельства. Первое – естественное строение тела. Жизнь в пустыне, в условиях сильнейших ветров и постоянных песчаных бурь, сузила разрез глаз, укрепила белочную оболочку, правда, усилив слезообразование, так что в какой-то степени это обоюдоострый меч. Второе – постоянное пренебрежение к состоянию органа, с которым через несколько лет придется расстаться, приводит к ослаблению всех значимых функций, в том числе чувствительности. Наконец, боль. Суно-оны подвластны ей как и все другие существа. Более того, она жизненно необходима, так как является единственным способом вовремя получить информацию о повреждениях. Но общая тенденция организма к атрофии не могло не сказаться на степени её ощущения. Иными словами, боль чувствуется гораздо слабее, нежели у других созданий при равных повреждениях. И зачастую это не благо: множество суно-онов погибают от яда, инфекций просто потому, что зачастую не замечают их проникновения в организм.
Но мою голову занимали совершенно иные мысли: убедившись, что атака противника несет всего два негативных последствия: потерю зрения и боль, которые не угрожают дальнейшему течению поединка, я решил обратить её себе на пользу. Зрение для ориентации в пространстве сейчас не критично, как воина меня учили терпеть любую боль, а сложившаяся ситуация как нельзя лучше подходит для устранения проблемы, возникшей при планировании ответного хода. В моей следующей атаки присутствует неустранимый дефект, заложенной в самой природе, а именно – высокая вероятность его распознавания противником, что автоматически сводит эффективность на «нет». Необходим отвлекающий маневр, ложный выпад, сбивание концентрации – что угодно, лишь бы не дать оппоненту предотвратить удар. А настоящий момент максимально благоприятен для того, чтобы убедить противника в своих ложных намерениях.
Резкое увеличение скорости циркуляции энергии в теле, как следствие – усиление магической ауры и ауры Воздуха, создаваемой действующим заклятием полета. Наибольшая концентрация в области глаза и в кисти правой руке, которая к нему прижимается. Это первая, безопасная фаза, при которой противник может даже не распознать точный характер энергетических манипуляций, в конце концов, он же не маг Эфира. Вторая фаза – за секунду кисть складывается в три различные печати, формируя непосредственно заклинание. Несмотря на то, что на этот раз Ойген с большей вероятностью узнает в нем заклятие школы Воздуха, в заблуждение его смогут ввести ещё два фактора: мощная воздушная аура, затрудняющая локализацию плетения, и то, что на мгновение вытянутые пальцы будут направлены к глазу, имитируя вмешательство в ледяную пленку. После чего на предельной скорости сожмутся в кулак, рука стремительно пойдет вниз, распрямляясь в локте, а пальцы вновь разойдутся. И мощнейший акустический удар сотрясет пространство в нескольких десятках сантиметров от Паркана. Его силы должно хватить, чтобы у человека лопнули барабанные перепонки. Я же в момент разрыва просто перекрою всякое звуковосприятие – учитывая действующие барьеры, это будет не сложно. Атаковать подобным образом в лоб мага Воздуха бессмысленно, но, возможно, моих ухищрений окажется достаточно, чтобы на долю секунды Ойген опоздал.
Parkan
Раунд 5

Заклинание сработало в лучшем виде: перехватить атаку, основанную на принципах работы с Водой, чуждой суно-ону дисциплины, Дон Пахан не смог. Его движение было, скорее, рефлекторным - схватиться рукой за поврежденное место. Впрочем, свой резон в этом был: согреть пораженный орган. Ледышка в глазу противника, хоть и полученная магическим способом, оставалась простой ледышкой, а значит, ее можно было элементарно растопить. Ну нет уж, пусть помучается...
Немотря на то, что соперник закрыл глаз (а вот открыть его ему теперь будет КРАЙНЕ больно) и зажал глазницу глазницу ладонью, Ойген по-прежнему держал связь с попавшей под его воздействие влагой. Так... нужно скорее придать дополнительное охлаждение, пока иголки не растаяли. Поднеся раскрытую ладонь ко рту, Ойген легонько подул на нее, словно бы сдувая с руки в сторону Дона Пахана невидимую пыль или (хе-хе) посылая противнику воздушный поцелуй. Вот так! Как говаривал иногда мэтр Кортнэй, глава кафедры Воды в Академии магических искусств, один из любимых преподавателей Ойгена и большой поклонник заклятий, связанных с охлаждением, лед бывает двух типов: теплый (на грани таяния) и холодный (хорошооооо промороженный). Ледяная линза, терзающая глаз суно-ону, теперь будет относиться ко второму типу - обжигающе холодная, она станет прямо-таки высасывать тепло из тела своей жертвы.
Однако противник не терял времени даром. Несмотря на мощнейший раздражающий фактор, суно-он вновь начал какое-то построение. Поразительно! Сам Джайлз мог лишь мечтать о подобных вершинах самоконтроля: на месте Дона Пахана он в первую очередь постарался бы извлечь источник мучений из-под истерзанных век. Да, вот на таких примерах и убеждаешься воочию, что отличия между живыми существами разных рас не только внешние. Помимо жизненной философии и строения тела иным может быть восприятие мира, болевой порог, способность отрешиться от внешних раздражителей и делать свое дело... Так, а чем сейчас занят противник? Судя по энергеническим возмущениям, он концентрирует энергию Воздуха в области своего лица. И?... как он, собственно говоря, собрался ее использовать, заткнув глазницу ладонью?

Проклятие! Какой же немыслимый растяпа!!!

Суно-он и не СОБИРАЛСЯ что-либо делать с засевшим на глазном яблоке кусочком льда. Его рука оторвалась от единственного не закрытого бинтами участка кожи на лице и после серии жестов рванулась вниз, раскывая ладонь навстречу камню Колонны. Классический жест вброса энергии! А "Купола Тишины" уже давно нет... Единственное, что успел сделать Джайлз: упасть на колени, согнувшись втрое, и, зажмурившись, изо всех сил зажать ладонями уши.
Следом пришел грохот. Нет, не так! ГРОХОТ! Ужасающий, раздирающий слух акустический удар. Звуковая волна, накатившая слева, ударила Ойгена в бок, протащила на несколько шагов в сторону и распростерла на камнях. Острая боль прошила левую половину черепа, струйка крови защекотала кожу, просочившись между пальцами. С левой стороны Ойген не слышал ничего. С правой какие-то звуки еще доносились - нечетко и неявно, через рев и звон перенапряженных органов слуха. Значит, здесь перепонка еще цела...
Опершись правой рукой о камень арены, Джайлз с усилием разогнулся, все еще не в силах оторвать вторую руку от изувеченного левого уха. Сквозь розовую дымку, заволокшую взор, Ойген кое-как различал на фоне неба согбенный, несуразный силуэт противника. Искаженные болью губы растянулись в оскале, в глазах полыхнули злость, упрямство и гордость, много раз помогавшие Паркану выбраться из крайне тяжелых ситуаций. Враг нанес тяжкий удар, но бой еще не кончен, и у мага Воздуха остались адекватные средства воздействия.
Острая, пронизывающая, лишающая способности связно мыслить боль первых мгновений отступила, сжав зубы, Джайлз усилием воли заставил себя вернуться к почти законченному поединку. Сил и времени оставалось лишь на одну атаку... и своим пренебрежением к сковавшей глаз льдинке Дон Пахан сам подсказал Ойгену способ нападения. Да, суно-он смог хорошо замаскировать подготовку акустического удара, и Паркан поневоле упустил нить управления своим творением, но, оторвав ладонь от глазницы, противник вновь допустил к глазу воздух, и восстановить контакт с претерпевшей магическую трансформацию влагой через родную стихию было для мага Воздуха несложной задачей даже в нынешнем плачевном состоянии.
- Frigidus ornamentum... - прошептал волшебник, почти не слыша собственных слов. Впрочем, это было совсем не критично. Главное, чтобы их "услышал" лед под веками суно-она... а дальше - дальше льдинка начинает толстеть, выпущенные внутрь,к глазному яблоку иголочки принимаются расти прямо сквозь плоть Дона Пахана, наращивая и длину, и диаметр. Воды для этого достаточно - что-то льдинка, как единое целое, впитывает из внешнего воздуха, речного воздуха, напоеного влажным дыханием великой реки. А что-то иглы впитывают непосредственно из пронзаемых тканей (благо противник, хоть и подвергался в прошлом магическим изменениям, все еще остается живым дышащим существом, и влага в нем есть). Рост ледяных стержней чем-то подобен росту морозных узоров на влажном стекле (отсюда и название). Иглы удлиняются, выпускают, подобно молодым побегам, боковые иглы, которые, в свою очередь, тоже через некоторое время начнут ветвиться. Конечно, ледяным остриям не одолеть кости глазницы, но от глазного яблока к мозгу идет толстый жгут нервных волокон. Рано или поздно одна из первичных или боковых игл найдет его, и по этому каналу проникнет в мозг, продолжая свое разрушительное воздействие.
- Попробуй-ка вытерпи вот это... - ощерившись, прошипел чародей.
Дон Пахан
Пожалуй, первый раз на Турнире результат моей атаки полностью совпал с ожидаемым. Иными словами, все прошло так, как было спланировано. И это хорошо. Звуковая волна, рожденная в опасной близости от Паркана, невидимой рукой швырнула мага Воздуха в сторону, попутно свалив на землю. Одновременно я сам получил чувствительный толчок, сумев, впрочем, сохранить равновесие несколькими взмахами руки. Ойген, разумеется, распознал заклятие, более того, он слегка смягчил его последствия тем, что за мгновения до взрыва бросился на землю, крепко зажав уши. Может быть, для мага и нелепо полагаться на столь примитивные методы защиты, но в данной ситуации они гораздо эффективнее, нежели любые энергетические манипуляции, могущие свершиться за столь короткий срок. Как бы то ни было, повреждения, полученные Парканом, наверняка весьма серьезны: потеря слуха, хотя барабанная перепонка правого уха, находившегося чуть дальше от эпицентра волны, могла уцелеть, сильнейшая боль и такое забавное состояние как контузия. Но даже в этом случае Паркан отнюдь не безобиден. Как правило, для того, чтобы нейтрализовать боевого мага, нужно или убить его, или лишить способности колдовать, что зачастую тоже означает убийство. Но все же настоящий момент крайне благоприятен для нанесения завершающего удара, как того требуют суровые догмы военной науки. Единственная преграда – ход сейчас принадлежит оппоненту. И жертвой суждено оказаться мне.
Следующая атака… а что следующая атака? Она стала очевидной в ту же секунду, когда я понял, что заклинание Ойгена ограничено пространством вокруг глаза. Именно она истинная причина сомнений по поводу рациональности использования акустического удара, пренебрегая защитой. Я, правда, удивляюсь, почему он разделил её на два хода, но на то наверняка существуют свои причины. Ну а теперь у Ойгена просто нет выбора, так как его состояние вряд ли позволит совершить принципиально иную комбинацию. Да и бросить столь превосходный плацдарм было бы верхом неразумия. Следующая атака настолько же опасна, сколь предсказуема, и настолько же проста, сколь неотвратима. Полностью подвластный ему маленький кусочек льда и самый уязвимый орган практически любого живого существа, а между ними лишь считанные миллиметры плоти. А потому и тихая фраза на незнакомом языке, и резкая боль, вспыхнувшая в изуродованном глазу – все это было воспринято с одинаковым спокойствием. Так и должно быть.
Выбор, который мне пришлось совершить, на первый взгляд может показаться непростым, но на самом деле он очевиден. Хотя… соблазн устранить одного из самых сильных соперников крайне велик. Казалось, почему бы ненадолго не забыть о неумолимо растущей ледяной смерти и не нанести последний удар, тем более что шансы на успех небывало высоки: в текущем состоянии Паркан вряд ли будет способен отклонить или сдержать мощное заклинание, в которое можно влить все силы. Вот только цена за эту победу не оставляет сомнений, она высока и непреклонна – жизнь. Чтобы я не предпринял, времени хватит лишь на одно действие: или спасти себя, или убить врага. Я, естественно, выбрал первое.
Способ защиты… Я успел перебрать их немало. Воздушные крючья, тончайший ультразвуковой скальпель, концентрация энергии, сбивание заклятия. Все бесполезно. Либо занимает слишком много времени, либо наносит чересчур большие повреждения, любо предусмотрено противником. Это было зеркальным отражением уже сложившейся за поединок ситуации, когда Ойген оказался в каменной ловушке. Вот только ставка на сей раз куда выше, чем простая конечность, а временной лимит куда жестче. Тогда Паркан сумел найти менее очевидный выход. Я не могу. Но… это не имеет никакого значения.
И сейчас мне предстоит жутковатая гонка. Кто успеет первым: я, лихорадочно слагающий печати, или Паркан, чьё ледяное творение стремительно прорастет сквозь мою плоть. Разумеется, мое сознание терзала дикая боль, но… она была мне знакома. Я не совсем уверен насчет Ойгена, но я – воин. Солдат. Охотник за головами. Меня с детства учили не только убивать, но и переносить пытки, безропотно терпя любые муки, если от этого зависит твоя жизнь или честь твоего клана. Особенно последнее. Более того, я ещё и боевой маг. Самое страшное железо покажется безобидной игрушкой по сравнению с тем, что способна сотворить магия. Самые ужасные раны покажутся мелкими царапинами по сравнению с увечьями, наносимыми одним-единственным пропущенным заклятием. А потому маг должен уметь плести заклинания в любых условиях – иначе он просто умрет.
Я успел первым. Отчасти потому, что холодный шип двигался не очень быстро, несмотря на обильно орошающую его кровь, отчасти потому, что мое заклятие предназначено именно для таких случаев и, несмотря на высокую сложность, довольно коротко. Последняя печать, завершающие слова:
«Нимпо: Суно-Ми-но-Дзюцу» «Песчаная плоть».
Фактически, это одна из разновидностей техники единения со стихией – обязательной в арсенале любого оперирующего элементами мага. Это – важная веха в развитии молодого чародея и серьезнейший гамбит в любом бою. Отдельные недостатки, вроде возможности быть поглощенным своей же стихией, полностью искупаются открывающимися перспективами. Однако сам процесс подобного перехода весьма сложен, и не всегда его целью служит непосредственно увеличение магических способностей. Ведь нанести вред элементалю гораздо труднее, нежели живому существу. Скажем, уничтожить порождение Воздуха быстро может разве что специалист по Эфиру, для остальных это крайне нетривиальная задача: как можно убить то, что и так не живет и, иногда, не имеет материального воплощения? Суть этой техники заключается в преобразовании всего моего тела в песок, полностью сохраняющий прежнюю форму, но все же простой песок. Разумеется, ледяное растение более не опасно, ведь ему не к чему стремиться. Я, впрочем, все равно размолол его. Заклинание носит сугубо защитный характер и предназначено точно для таких ситуаций: яд, кровотечение, холод, жара и прочие неблагоприятные условия. Недостаток, по большему счету, всего один: это не полноценная стихийная форма, а скорее перевод тела в иное состояние, и энергии на его поддержание уходит чрезвычайно много. Учитывая, что всякий контакт с магией Воздуха прерывается, а Земля не способна компенсировать стремительно таящие резервы, пребывать в таком состоянии продолжительное время довольно проблематично. Но этого и не требуется.
Боль ушла, но вместо неё навалилась усталость, протянувшая свои щупальца глубоко внутрь. Все, что отделяет меня от отдыха – атака. Моя атака. Я не могу позволить ей пропасть зря. Тяжело… Необходимо опуститься на одно колено… И провести нехитрые манипуляции…. Песок… Мне нужен песок… Мой сосуд. Сосуд, по-прежнему отягощающий спину. Я указывал в досье… что он состоит из спрессованного песка… Интересно, а Паркан догадался, что, помимо явной функции хранения, у него есть секретная – он сам, в случае крайней необходимости, может быть легко превращен в песок. Например, когда материализация затруднительна… сейчас именно такой случай. Сосуд рассыплется в прах, чтобы через пару секунд возродиться в виде четырех небольших, но очень твердых и острых дротиков. Проблемы управления для меня не существует, а потому я смогу обрушить их на Ойгена, попутно направляя и корректируя. Например, в таком порядке: один нацелен в лоб, второй – в сердце, третий и четвертый, описав дугу, воткнуться в спину. Я, конечно, лишился слуха и иных способов восприятия, но взамен получил стихийное зрение, и на бледно-голубом фоне воздуха смогу найти переливающуюся всеми цветами фигуру человека. Ну вот и все: на одной половине весов моя усталость, на другой - Паркана. А что перевесит – я узнаю очень скоро.
Parkan
Раунд 6, завершение

Последнее атакующее заклинание сорвалось с кончиков пальцев мага, отправившись в цель, вершить свою разрушительную работу. Опустив голову, Ойген на секунду прикрыл глаза – левую половину черепа терзала боль, к тому же, сознание волнами захлестывали слабость и тошнота. Акустический удар такой силы, который, к тому же, не удалось ослабить – это не шутка… Кровь из покалеченного уха тонкой струйкой просочилась-таки меж пальцев и, пробежав по челюсти, начала тяжелыми каплями падать на камень арены. Нет, так не годится, противник еще может представлять опасность…
С усилием опершись на собственное колено, Джайлз поднял взгляд на противника. Несмотря на боль, шоковое состояние, усталость, увиденное потрясло Ойгена. Заклятие – Джайлз прекрасно его чувствовал – вовсю разрасталось, пронзая чувствительные ткани глаза суно-она, и все-таки он колдовал. Поразительная устойчивость к боли! На месте противника Ойген бы вряд ли сумел отстраниться от пытки настолько, чтобы достичь необходимой концентрации… С ошалелым любопытством Паркан наблюдал за этой странной и пугающей гонкой.
Дон Пахан все же оказался быстрее. Серые, будто пергаментные губы противника шевельнулись, произнося завершающую формулу. Зудя по всплескам силы, использованное заклятие было из стихии Земли, но опознать его все равно оказалось проще простого: элементальная трансформация. Руки, лицо, одежда суно-она – все это приобрело характерный светло-желтый оттенок чистого речного песка, затем появилась зернистость. Теперь перед Ойгеном стояла вытесанная из песчанника статуя. Что ж… вполне эффективное защитное заклинание, хоть и энергоемкое. Действительно, духу стихии повредить гораздо труднее, чем живому существу. Впрочем, как раз из жизнь «статуи» никуда не ушла: невидимое глазу усилие, хруст трущихся друг о друга песчинок – и запущенный в тело суно-она ледяной «еж» оказался растерт в мелкое безвредное крошево. Перестраховывается… и правильно делает, между прочим.
Да, истекают последние секунды дуэли, но тем горше было бы допустить ошибку – в шаге от финиша. Что же ты сейчас можешь сделать, песчаный человек из страшной сказки? Словно в ответ, довольно большой сосуд, горбом выпиравший над спиной согбенного существа, с легким шипением рассыпался в облако песка. Вот оно что… не только контейнер, но и запас песка сам по себе. Остроумно! Значит, нужна защита от песка, и здесь подойдет классический, можно сказать, банальный, но от этого не менее эффективный барьер из неподвижного воздуха. Неразличимая глазом, но твердая, непроницаемая для физических объектов поверхность – лучше сфера, чтобы площадь этой поверхности была минимальной. И лучше небольшого радиуса, только чтобы вместить сидящего на земле, поджавшего ноги человека – так меньше сил уйдет на ее создание и поддержку.
Скрестив ноги, Ойген легонько хлопнул в ладоши и сморщился – резкое движение отдалось резким уколом боли в левом ухе. Легкий ветерок, гулявший по арене (все же приличная высота, 300 метров над уровнем воды) разом стих: инкапсуляция завершена.
Дзинь! Дзинь-дзинь-дзинь.
Что-то темное, стремительное и, вероятно, тяжелое и острое, ударилось в сферу перед глазами волшебника, по покатой поверхности стекла струйка песка. Сотканные из песка метательные снаряды? Похоже на то.

Вот теперь – действительно все.
Миридин
Наоборот, буквально сразу после установки полога Дон Пахан нанес мощный электрический и световой удар, требующий значительных затрат силы и глубоких познаний в магии Воздуха. Теперь вот воспарил над грубой каменной поверхностью, аки живописуемый слугами Спасителя ангел, а ведь в полет отправиться - это не просто ветерок вызвать... Все, к воронам! Звук и песок – это следует воспринимать лишь как эвфемизмы, призванные скрыть истинный выбор дисциплин: Воздух и Земля. (с) Паркан

По-моему, добавлять ничего не надо. Ситуация аналогична второму поединку.
Mirlen
Цитированию и рассуждению на тему предаются лишь те слова, что вызывают какие-то эмоции, не являясь истинными и возможными на мой взгляд.

Раунд 1. Атака Дона Пахана
Цитата
мое лицо ненадолго исказилось маской боли... ощущения, похожие на прижигание содранной кожи каленым железом.

Ненадолго исказить лицо маской боли может меч, что сильно процарапает голень или плечо. Описанное же сравнение на мой взгляд повергнет большинство воинов в такие необходимости концентрации, что мало кто выдержит. Несомненно, творить клятье сразу после таких ощущений сложно.
Цитата
Вот сейчас все. Можно уступать ход противнику. Хотя… неразумно пропускать атаку.

Атака лишь предполагается Правилами. Ход же есть у вас и подразумевает в негласных традициях одно, максимум два небольших заклинания.
По-моему, перебор, потому как если совершаете кучу преобразований себя и приготовлений, то стоит на это потратить ход, а не напихивать в один раунд всего. Особенно в первый.

Раунд 2. Действия Дона Пахана.
Цитата
благо манипуляция песком, помимо всего прочего, подразумевала придания ему ускорения в любом направлении. И сейчас он рванулся вперед, гася приданный ветром импульс и одновременно группируясь позади меня

Удар ветра тратит лишь Силы Ойгена, но направлен против песка, что движется мыслью - непосредственно соединен с сознанием. Любое же столкновение и борьба в любом случае напрягает и голову.
Заметка для себя.
Цитата
Однако, согласно традициям Турнира, молнии принадлежат школе Воздуха, к тому же мои способности резко ограничены в воздействии на зрение. А потому мне пришлось ненадолго вернуться в родной мир, дабы поймать одного из «ловцов». Несмотря на то, что мой народ, как, впрочем, и остальные, давно возвел пытки в ранг искусства, мне пришлось обратиться за помощью к «кангаэ цуто» - «ловцам разума». В обмен на пленника они передали мне необходимую информацию, добытую прямо из мозга жертвы. Такова участь слабых. В конце концов, я получил это заклинание.

Традиции Турнира для всех и общие. Персонаж же остается сам по себе персонажем со своими ограничениями и определениями. Если суно-оны не владеют заклинаниями молний, то они ими не владеют, если иное не прописано в квенте и заявке. Собственно, не прописано. Потому получить такое заклинание можно лишь непосредственно из боя уйдя в свой мир и совершив там необходимые действия.
Цитата
Дрожащая земля, распределение силы по всему телу, подавление возможного электрического возмущения

Эффект должен логически следовать из принципов и путей его достижения. Каким образом получаются описанные и весьма сложные на мой взгляд результаты? Особенно - подавление возможного электрического возмущения, если в арсенале всего одно заклинание, связанное с электричеством.

Раунд 2. Защита Паркана.
Цитата
Ойген как стоял на одном колене, так и упал - ничком, плашмя, лицом в камень, накрыв голову руками, стараясь как можно плотнее вжаться в шершавую поверхность.

Как-то необычно вжиматься в каменную шершавую поверхность, что дрожит и растрескивается.

Раунд 3. Действия Дона Пахана.
Цитата
И даже то факт, что молния, описав безумную дугу, уступила запоздалой корректировке, вернувшись-таки в руку, не может этого изменить.

Каким образом удерживает суно-он, не обладающий заклинаниями электричества кроме Искры, большой заряд? Если "ловцам молний" это свойственно и они защищены, то рука Дона Пахана окажется пораженной, как и хотелось до этого поразить грудь сопернику.

Защищаться двумя заклинаниями довольно расточительно для собственных Сил. Особенно, если хватило б лишь воспарения и довольно быстрого ответного действия.
Цитата
А пока я завис в воздухе, напряженно вглядываясь в ответные действия человека.

Смелое заявление с позиции все той же траты Сил, учитывая, что основной является школа всеж Звука, никак Воздуха.

Раунд 4. Действия Дона Пахана.
Цитата
Сейчас я на очень высокой скорости перемещаюсь по замкнутой траектории в виде круга с небольшими вариациями. Чтобы освободиться, мне необходимо разорвать кольцо. Для этого, в определенный момент нужно совершить рывок, увеличив свою скорость настолько, чтобы уйти с импровизированной орбиты.

Вращаясь в воздухе сложно определить, куда поднажать подконтрольным давлением воздуха, чтоб вылететь с орбиты. Все-таки нет уже объективного низа и верха, лева и права.
Цитата
«Песчаное погребение».
... служит одной цели: смерти через объятия земли. Камень ... в мгновение схлопнется, разрывая мышцы, дробя кости – превращая её в кровавое месиво

Камень - не Песок.
Цитата
Получить песок из камня довольно сложно, материализация требует серьезных затрат...


Раунд 5. Действия Дона Пахана
Цитата
меня окружало заклятие полета, не используемое, но все равно требующее энергии на поддержание контроля над стихией, хотя эти затраты довольно малы.

Как помниться из различной литературы, лишь весьма успешные маги могли летать не просто снижая скорость падения, но именно поднимая и опуская себя в воздух. Маги Воздуха.
Цитата
уловив изменение в воздушной стихии, начал приседать, а рука и веко одновременно ринулись на защиту глаза

Если в подобной ситуации во втором раунде Ойген почувствовал канал, специально выстраиваемый суно-оном в воздухе к его телу, то здесь улавливать изменения не от чего, потому как сами эти изменения - и есть непосредственно удар воздухом.

Раунд 6. Дон Пахан.
Цитата
Разумеется, мое сознание терзала дикая боль, но… она была мне знакома. Я не совсем уверен насчет Ойгена, но я – воин.

Несомненно, суно-он читал заявку Ойгена на Турнир. Откуда пренебрежение словами соперника?
С другой стороны, даже самые суровые воины ломаются под пытками как раз из-за боли. Причем, ломаются все, если есть умелые палачи, что не дадут умереть раньше (к слову о пытках). Не обычной боли, разрезающей плоть и ломающей кости.. а именно самой разнообразной и жуткой, к которой отнесу, предположив, эффект прохождения льда по глазу и нерву. Вряд ли Дон Пахан забыл ощущения, когда жертвовал свой первый глаз.
Цитата
Я успел первым. Отчасти потому, что холодный шип двигался не очень быстро

Разве перевод всей кучи тканей в песок быстр? Снова пользуете громадные скопления Сил.



Дон Пахан не смог оправдать выбор экзотических дисциплин, не проведя Песком ни одной эффективной атаки или той, которую сложно было бы отразить. Звуковой удар, что нанес единственное существенное повреждение Ойгену доступен и школе Воздуха при определенных махинациях.
Добавлением служит затрата жителем песков громадных размеров Сил и использование кучи заклинаний за раунд, пусть лишь обозначенных эффектами.

Защиты же от атак суно-она были эффективными, простыми и часто успешными.
Атаки персонажа Паркана оказались простыми, хоть и порой немного изощренными, направленными на будущее.
Наверно, маг-воин как раз и должен стремится к сохранению относительной простоты воинских навыков, как и умению просчитывать события наперед, не гнушаясь потерять атаку или непосредственно повредить противнику, ради достижения многих выгод.

Отыгрыш же приятен у обоих, исключая отсутствие реакции суно-она на «глухой» воздух, не пропускающий звуковые колебания. Всеж основным средством локации у жителя песка остается ухо.

Победил Parkan.
V-Z
И вновь судить сложно – по тем же причинам, что и в поединке с Даэлинн. Но попробую.
Раунд 1
Дон Пахан усиливает звуковое восприятие, одновременно ставя фильтр против опасных звуков. При этом становятся куда слабее все остальные органы восприятия. Потом строит собственно начало атаки – соединяя управление песком с нервной системой. Хм… сказал бы, что такое соединение скорее к магии Разума относится… Впрочем, претензий нет – одаренный и опытный маг-стихийник на такое способен.
Атака разделена на две части – быстрый бросок песка, и медленно ползущие частицы.
Паркан защищается – ветром сметает «быстрые» песчинки. Претензий никаких – самое логичное, что адепт Воздуха может в такой ситуации сделать.
Атака – заглушение звуков. Тоже логично – против работающего вербально мага я бы сделал то же самое. Собственно, это не совсем атака – она не наносит вреда противнику, но сильно ограничивает его возможности.

Раунд 2
Защиты Дон Пахан не плетет – незачем. Зато пытается сохранить отброшенный ветром песок; тут есть некоторые сомнения. Даже при абсолютной власти над материалом, остановить легкие песчинки, подхваченные ветром – то есть уже в стихии противника…
Атака – весьма интересная. Маскировка Воздушного воздействия под Земным? Красивый ход; причем молния – вещь совершенно неожиданная. Хотя… по-моему, тут несколько натянутый ход – что маг в перерыве между боями успел отправиться в родной мир и привезти оттуда новое заклинание.
Паркан защищается простейшим способом – уйдя от молниевой атаки и не глядя на световую вспышку. Несмотря на простоту, мне понравилось – экономное и эффективное решение.
Спорный момент: да, Дон Пахан подразумевал, что молния проскочит между его ладонями, а не ударит в оппонента – но недостаточно ясно это описал. Поэтому Паркан был в своем праве – «прочесть» атаку противника именно так.
Ответ – толчок воздушным экраном. Логично; учитывая немного поврежденное зрение, широкий фронт атаки компенсирует недостаток точности.

Раунд 3
Защита Дона Пахана логична – выстроить песчаную стену с противоположным импульсом. Но мера эта скорее временная – впрочем, и сам маг это понимает. Поэтому вторая половина защиты – взлет вверх на три метра.
Хм… интересная тактика. До этого времени Дон Пахан левитацию ни разу не применял…
Атака – разжижение камня. Что ж, вполне обычная для мага Земли тактика.
Паркан – а интересно… Расплетение «Купола тишины», захват рабочего материала противника и глубокое промораживание с убиранием прочь от поля боя. Красиво.
Погружения в камень избежать не удалось – но погрузился не очень глубоко, да и одна нога свободна.
Атака – нечто вроде воздушной центрифуги, если я правильно понял. Хороший выбор – висящему в воздухе противнику резко станет не до добивания обездвиженного оппонента.

Раунд 4
Дон Пахан выбирает правильную тактику – не противодействует кольцу ветра, а разрывает его резким увеличением скорости. В таком состоянии почти нереально прицелиться в оппонента – но Дон Пахан трансформирует ранее наложенное заклинание – контакт с землей у него уже есть.
Спорный момент: если управление песком подключено к нервной системе, то и «ощущения» песка должны передаваться магу хотя бы частично. То есть – Дон Пахан должен был бы ощутить холод и давление. Этого не было.
Паркан – первый раз вижу использование собственного пота как основы для защитного заклинания. Красиво. Претензий к защите нет – потому как невозможно установить, сколько времени Дон Пахан был отвлечен, и когда сомкнулся капкан.
Атака – интересный двустихийный выпад. Удар ветром в глаз – и «подсаживание» ледяных игл.

Раунд 5
Защита Дона Пахана во многом основывается на естественных, немагических способностях расы. В принципе, претензий нет – потому как раса отменно продумана; что же до неизвестных ранее подробностей… включать в квенту этнологический трактат со всеми деталями никто не даст. А в случае чего – можно и поинтересоваться у самого автора.
(и вообще – не мне тут критиковать…)
Фактически, защитой он пренебрегает – предоставляет организму справится. Что не очень хорошо, все-таки…
Атака – отвлечение внимания ложными жестами и звуковой удар. Ко второй части претензий нет; что до первой, то это не магия, а элементарное психологическое воздействие.
Паркан – защита, как и ранее, немагическим методом – зажать уши. Не сильно эффективно – поскольку звук по ушам все-таки бьет. Но для человека – это не самое критическое повреждение.
Атака – поправьте меня, если я ошибаюсь, но это творческое развитие приема Дона Пахана – трансформация и усиление ранее использованного заклинания. И весьма интересное, кстати – теперь противник не может игнорировать.

Раунд 6
Защита – перевод тела в стихийное состояние. Дон Пахан, по-моему, применяет это впервые, но среди магов-стихийников на Турнире сие популярно – собственно, и Паркан его ранее использовал.
Атака – качественный ход с сосудом из песка и трансформацией в дротики. Лоб, сердце, спина…
Защита Паркана – логично и очень убедительно. Как маг Воздуха может остановить стандартные твердые снаряды (стандартные – то есть не взрывающиеся, без подсаженных заклинаний, и т.д.)? Воздушным щитом. Что он и делает.

Итог.
Я рассматриваю поединок по следующим параметрам: красота отыгрыша, соблюдение правил, реалистичность и эффективность действий,
Красота отыгрыша – примерно равная, на мой взгляд.
Соблюдение правил – тут немного слабее у Дона Пахана. С дискуссией насчет примененных школ ознакомился, но в данном случае согласен с Мирленом – по поводу заклинания с молнией. Кроме того, поминаемая магия Эфира… ладно, хватит и молний.
Реалистичность – претензий нет ни к кому. Заклинания вполне укладываются в заявленные возможности.
Эффективность действий. Тут есть три подпараметра – атака, защита и расход энергии.
Атака – у обоих очень эффективная. Но Паркан более изобретателен; Дон Пахан же действует именно так, как и должен работать опытный маг Земли и Воздуха.
Защита – качественная, однако Дон Пахан слишком полагается на силы организма и самоконтроль.
Расход энергии – тут однозначно лидирует Паркан. Он сумел отыскать куда более экономные решения.
Вывод – я поздравляю обоих магов с отличным поединком и отдаю победу Parkan’у. За более оригинальные и экономные действия.


Итак, мне остается только окончательно закрыть поединок, оставив победу за Парканом. Миридин.
Ответ:

 Включить смайлы |  Включить подпись
Это облегченная версия форума. Для просмотра полной версии с графическим дизайном и картинками, с возможностью создавать темы, пожалуйста, нажмите сюда.
Invision Power Board © 2001-2018 Invision Power Services, Inc.