Помощь - Поиск - Участники - Харизма - Календарь
Перейти к полной версии: Поединок V-Z - Тельтиар. Завершено
<% AUTHURL %>
Прикл.ру > Словесные ролевые игры > Большой Архив приключений > Память о битвах > Турнир-2006 <% AUTHFORM %>
V-Z
Арена. Большой амфитеатр, напоминающий те, где проливали кровь гладиаторы сперва республики, а потом империи в одном достаточно известном мире.
Ровный пол под ногами, трибуны вокруг...
Из бокового прохода неспешно вышел человек в зеленом костюме и палевом плаще. Впрочем... человек ли? Чуть иная пластика, какая-то неуловимая чуждость в чертах лица - все это создавало стойкое впечатление, что пришедший все же не принадлежит к человеческому роду.
Впечатление было правильным; хотя невнимательный мог бы заметить различия, лишь посмотрев в синие глаза с вертикальными зрачками.
На поясе у мага висел узкий меч... рукоять которого сейчас была оплетена прочными шнурами, намертво скрепляющими ее с ножнами. Печати, наложенные поверх, делали извлечение невозможным.
Прости, но в этом поединке все решает Воля, а не Сталь... Может быть, в другой раз...
Визет прошел примерно четверть арены и остановился. Огляделся.
- Призываю в свидетели радугу, путем которой я иду, и звезды, освещающие мой путь... я пришел, и пришел вовремя.
Шаг. Еще шаг. Ироничный взгляд скользит по трибунам.
- Призываю в свидетели неукротимый жар Огня и стремительные порывы Воздуха... только их я буду использовать в этом бою.
Последний шаг. Тайрон застыл неподвижной статуей, словно изваянной скульптором из Мэиланаютари-шочи - Дома Мерцающего Единорога.
- Призываю в свидетели Черона, Миридина и Evil_Shooter'а и прошу их рассудить нас в этом бою.
Слова были сказаны.
Тельтиар
Колдун вышел на арену, слегка припадая на правую ногу, отчего его залатанные одежды колыхались, охватывая тощую фигуру. Шерстяной шарф закрывал нижнюю часть его лица, и слегка подрагивал, от натяжного дыхания Маркиса. Серые, давно немытые пряди свисали, словно паутина, падая на плечи колдуна, изредко закрывая ему глаза, и тогда он откидывал их костлявой рукой, облаченной в перчатку. Карий глаз смотрел на пративника прищурясь, словно ища его слабые места, синий излучал откровенную ненависть - нет, не к тому, кто пришел сразиться с ним, а к десяткам зрителей, что смотрели за их битвой, к жалким прожигателям жизни, не способным ценить каждое ее мгновения. Лишь тогда понимаешь истинную цену жизни, когда жить тебе остаеться не так много и каждый шаг, каждый вздох может стать последним.
- Я пришел, - сухой, каркающий треск вырвался из горла мага, и сменился надрывным смехом. - Нэйграаш, Носитель Чумы и Страданий, тебе посвящу я этот день!
Маркис, Чумной Маг и последователь Нэйгарааша, ныне собирался использовать ветвь магии, известную как Обман Разума и вместе с ней - магию Болезней и Проклятий, наиболее любимую им, из всей Школы Тьмы.
- Приветствую тебя, нелюдь, - глаза впились в лицо Визета, и маг вновь рассмеялся, а смех его перешел в кашель, отчего несколько капель крови упали на песок арены. - Да будут гной и гниль тебе пухом в безымянной могиле.
V-Z
- Ну, гной и гниль - еще не самое страшное, - рассудительно заметил Визет. - А вот в их способности быть пухом лично я очень сомневаюсь... Что же, раз вы здесь, коллега, то приступим...
Визет задумался. Чем бы начать поединок? Сложное решение; ведь иногда именно первый удар может определить судьбу боя. Хотя далеко и не всегда – учитель не раз доказывал обратное.
Ну что же… пусть первым будет огонь. Да, именно он…
Выбранное заклинание не имело словесного компонента, но Визету было приятно произнести слова на тайро.
Над ареной прошелестело слово, прозвучавшее подобно удару огнива о кресало:
– Кайд…
Визет свел ладони вместе, и между ними замерцал лепесток пламени, с каждым мгновением становившийся все ярче.
И больше.
– Кайдиан…
Маг сложил вместе ребра ладоней, образовав некое подобие чаши, и поток огня ударил вверх; из середины столба в разные стороны выплеснулись еще два потока. Какое-то мгновение казалось, что огонь обрел форму креста… но уже секунду спустя формирование продолжилось – и вот уже над руками Визета расправляет крылья сотканная из огня птица.
– Кайдиан сэрай!
И пламенное создание сорвалось с пальцев мага.
При творении таких заклинаний Визет всегда ощущал легкий укол сожаления – ему было печально видеть как разум, пусть и такой крошечный, как у этой птицы, существует всего секунды, а потом навсегда уходит. Но что поделать – заклинание не стало бы эффективным без разумности, пусть даже под «разумностью» тут и подразумевалась лишь способность сосредоточиться на цели и лететь именно к ней, стараясь избегать противодействия.
Применять «Кайдиан сэрай» Визету приходилось нечасто, но успешно; самым запоминающимся эпизодом была атака на огра-мага. Тогда огненная птица обняла его крыльями, вонзила клюв в лоб – и за какие-то секунды огр прогорел до костей.
Визет очень сомневался, что против Маркиса «Кайдиан сэрай» возымеет тот же эффект – его нынешний противник был значительно сильнее и опытнее – но все же… все же… огонь ведь не зря считается средством против чумы, так?
Так что пламенная птица летела к Тациану, намереваясь обнять его крыльями и клюнуть…
Тельтиар
"Кхараван - сарай" передразнил про себя Маркис Тациан. Он любил слушать словесные формы некоторых заклятий, их своеобразное звучание, ныне походившее на кашель - магу казалось, что таким образом он проникает в саму суть волшбы, конечно не с тем чтобы копировать, а с тем, чтобы извратить саму суть магии, и приспособить ее для школы Болезней, Гниения и Разложения.
Огонь. Как патетично - неужели противник считает, что против Чумного Мага способно подействовать простое огненное заклятие? Раньше - возможно так и было, но Чумные чародеи нашли контрзаклятия, дабы справляться и с пламенем.
Маг поднял тощую руку, направляя ее встречь появляющейся из огня птице, стремясь, чтобы палец указывал точно в лоб пламенеющему созданию, созданию, по странной прихоти судьбы наделенному разумом, и в последний момент, когда его мысли выстраивали уже в причудливую колдовскую формулу, изменил саму структуру своего заклятия - нет, зачем уничтожать птичку, если она еще пригодиться. Извращенное сознание мага, исполненное трупных испарений, одурманеное приближающейся гибелью уже готово было извратить чистую суть огня, применяя для этого магию Обмана Разума - извращенного сплава Иллюзий и Телепатии. Заклинание называлось - Изменение Цели, и перенаправляло птичку обратно к Визету, для жарких обьятий и материнского поцелуя в лоб.
Сознание птички было столь крошечным, что Чумной маг с трудом сумел нацти требуемые нити, и дернуть за них - хотя, второго такого перенастроя огненное создание врядли смогло бы выдержать.
Затем, не теряя времени на любование достигнутым (а может и не достигнутым) результатом, Маркис применил заклятие из школы Болезней, известное как "Разложение Нэйгарааша", и состояло оно в небольшом дожде отвратных, зловонных капель, матеарилизующихся в полуметре над противником - попадание такой капли на кожу приводило к заражению, и почти мгновенному гниению плоти, которая должна струпьями и ломтями кожи и мяса сползать с костей.
На этом маг решил остановиться - к чему тратить силы в самом начале сражения.
V-Z
Опытный маг не позволит причинить себе вред своим же заклинанием. Это известно всем; различаются лишь подходы к безопасности. Самый популярный способ, конечно – это вплести в заклинание условие его угасания, если оно отразится на того, кто его создал. Но в таком случае пришлось бы встраивать в схему контур распознавания цели. А значит – несколько усложнять и перегружать заклинание.
Так что Визет испльзовал иной метод – контрзаклятие. Оно не могло разбить на заклинания противников, а вот на свою магию – запросто.
Огненная птица распалась, пламенными потоками возвращаясь обратно в энергетический запас Визета.
А вот дождь – это посерьезнее. Ну ладно… Теперь Визет использовал силу Воздуха, окружив себя динамическим щитом – мелкие воздушные потоки расталкивали капли в стороны, направляя их на землю, обратно в Тациана – куда угодно, но не допуская к Визету.
Не сказать, чтобы это было легко, но Сайальфор как-то устроил ученику испытание – тучу гальки, поднятую его силой. С превеликим трудом Визет все камни отразил, не пострадав; с гордостью посмотрел на учителя. Тот одобрительно кивнул и принес пулемет…
Ладно, хватит о прошлом. Такая атака требовала достойного ответа.
И таковой нашелся. «Двустихийные щупальца», Визетова разработка, неплохо послужившая ему; заклинание, сплетенное из Воздуха и Огня.
Шесть огненных полумесяцев вспыхнули в воздухе, рванувшись к Тациану; цель им была уже определена – глаза, кисти рук, ступни. Но этим дело не ограничивалось – слово «щупальца» в названии присутствовало не зря.
В дело вступил второй стихийный компонент.
Невидимые воздушные щупальца отправились наносить свой удар – колени, плечи, грудь; еще два стремились оплести предплечья, ломая и дробя кости.
А последнее – ударить в рот, проникая в легкие и причиняя противнику немалые неприятности.
Тельтиар
С птицей произошло то, о чем и подозревал Маркис - все-таки его противником был опытный чародей, а не деревенский травник. Капли дождя падали, иногда задевая плоть чумного мага, но заразить, а тем паче повредить уже зараженному самой жестокой из болезней они не могли.
Носитель чумы лишь улыбнулся - достойно, но каков же будет выпад этого нелюдя? Он цепляеться за жизнь, не хочет умирать, однако следует не оставить ему ни малейшего шанса.
Пламя ударило первым - на сей раз хлыстами огня, таящими в себе какое-то двойное дно. Впрочем в данной ситуации разгадывать подвох было совершенно ни к чему, хотя бы потому, что времени не хватало - от удара следовало уйти, и Маркис избрал наиболее проверенный, хотя и опасный способ - заклинание "Мнимого Разложения", попросту превращавшее тело заклинателя в лужу отвратительной гнили. Одним из главных преимуществ данного заклинания было то, что оно не требовало ни слов, ни жестов - лишь усилия воли, а дальше...
Бульк, и не стало Маркиса Тациана - лишь гниль впиталась в песок, позволяя огню и ветру (ах, вот значит что добавил противничек), пронеслить над тем местом, где находился мгновение назад чумной маг.
А еще через мгновение, он возник в двух шагах справа от буйства стихий, словно вздымаясь из лужи гнилых останков, и вновь принимая человеческий облик - нужное заклятие тут же слетело с его губ, пронзая чары Визета. На сей раз Маркис избрал "Разрушение Чар", заклятие, которое знал любой маг, включая совсем еще юных учеников - оно не относилось ни к одной школе магии, но одинакого хорошо служила против их всех.
Принцып "Ломать - не строить" отлично работал и в этот раз, простенький "Диспелл" грубо рвал тончайшую вязь волшебства, рассекал любовно сплетенные сети, и попросту крушил само заклинание, подобно кузнечному молоту, дробящему орех. От щупалец не должно было остаться и следа - как от огненных, так и от воздушных, хотя сейчас Маркис уже не следил за ними - такие чары, как "Диспелл" в контроле не нуждаються.
Что же - как показал первый опыт, Визет умеет обращаться с магией, а значит против него следует применять заклинания, не имеющие материального воплощения - любимейшие из заклинаний Тацана, поскольку как бы не любил он гниль и разложение, все больше ему нравилось разрушать чарами разум противников, сводить их с ума, лишать рассудка.
Но не зря, не зря выбрал чумной маг в свой арсенал именно магию Тьмы - хотя и узконаправленную на болезни и проклятия. Сейчас как раз настало время вторых.
"Неудача" самое распространенное, легкое, и в то же время неприятное заклинание. Привязка делалась к ауре Визета, вплетаясь в его астральное тело, намертво сливаясь с ним, и отравляя его - а говоря простым языком,понижая его шансы на благоприятный исход любого дела, за какое бы дело он не взялся. Будь противник мастером меча, клинок сломался бы в его руке, доспех дал бы трещину, нога неосторожно ступила бы на камень - но он был магом, и потому для него Неудача становилась еще опаснее. Лишь одно из трех произнесенных заклятий должно было подействовать, и то вполне возможно, что не так, как надо, а с точностью до наоборот.
В прошлом, ради развлечения Маркис наложил на одного колдуна это заклинание во время их сражения под дождем - тот вызвал молнию, и она, вместо Тациана поразила его противника, не оставив и следа. Враг сам убил себя.
И что самое приятное - проклятый Неудачей, противник вряд ли сможет снять проклятие самолично, ведь все его попытки обречены на провал. А вторым приятным моментом было то, что о наложенном проклятии он не мог узнать, пока оно не начинало свое пагубное действие.
И мгновение спустя, Маркис закрепил результат заклинанием из Обмана Разума, создавая несколько своих двойников в разуме Визета. Главным отличием этого заклинания, от подобного в школе Чистой Иллюзии было то, что двойники присутствовали именно голове противника, и зрители их не видели, более того - подверженный этому заклятию, не мог различить где настоящий враг, а где иллюзия, ведь все они проецировались на его разум, а не глаза, и потому мысли сами достраивали полную картину.
V-Z
Сателлэ-то воэлен альниэи гэлламэ беллинэ, как говорят в Тайронкоай. Звезды знаний сотни лет светят.
Никогда не поздно учиться, даже если не сможешь перенять то, на что смотришь.
И Визет с любопытством наблюдал за тем, как Тациан ушел от «Двустихийных щупалец», обратившись в лужу гнили; о подобном тайрону доводилось лишь читать. Хотя самые сильные маги эсхенаири, одной из вассальных рас Круга Драконов, были способны на нечто подобное… но с лучшими из уроженцев Ашшекайха Визету сталкиваться не приходилось.
Удар, который Маркис нанес по заклинанию, заставил ученика Сайальфора поморщиться: ну разве можно так дробить чары? Эффективно, да. Но не слишком эстетично (впрочем, а стоит ли ожидать эстетичности от Чумного Мага?), да и не слишком оригинально. Вот это-то заклинание Визет знал; в свое время он на основе «Диспелла» и сам создал пару любопытных плетений.
А вот ответ Тациана был более чем любопытен! Визет остро пожалел, что не может пользоваться основной специальностью своего Дома – Рыжие Коты испокон веку слыли мастерами иллюзий. Увы, чего нельзя, того нельзя.
Разглядывая одинаковых Тацианов, маг сощурился. Хм… странно. Да, двойники – оружие опасное, но против них есть отменный способ борьбы: удар сразу по всем. Благо заклинаний, бьющих «по области», в арсенале Визета хватало. И тот же «Солнечный Венец» был способен основательно поджарить бы и копии, и оригинал, или хотя бы разнести в пыль двойников.
Но и Тациан должен это понимать. Мастера-маги не бывают глупы; освоившие такие опасные специальности, как Болезни и Проклятия, и выжившие – тем более…
Значит, он должен был наверняка подстраховаться. Чем-то, что не даст мне возможности полоснуть заклинанием по всем вокруг – и иллюзиям, и оригиналу. Но странное дело – он ведь вроде не насылал ничего…
Стоп!
Специальность моего противника – Болезни и Проклятия. Первая его атака, несомненно, относилась к сфере Болезней; его удивительный уход от моего заклинания – тоже. Создание двойников, в принципе, относится к магии Иллюзий… но судьи не пропустят эту сферу; следовательно, это заклинание из арсенала Проклятий.
Сейчас Тациан не применял ничего, похожего на «болезненный» удар. Значит, и его «гарантия» тоже относится к Проклятьям. Но что именно? Проклятия могут напрямую воздействовать на тело, а могут – на поступки и судьбу. Тело он явно не проклинал – я не чувствую ни малейших изменений в своих органах; магической силы он меня тоже не лишил.
Значит, он как-то повлиял на мою возможность пользоваться заклинаниями. Иные варианты были бы бесполезны… или сразу заметны.

Визет медленно двинулся по кругу, обходя Тациана противосолонь – «мертвецким колом» (нравилась ему эта традиция Великой Бхараты). Но уже через несколько шагов он поскользнулся и едва не упал; тренированное тело тайрона справилось, однако тут же последовала иная неприятность – магическое зрение, на которое Визет привычно перешел и сейчас попытался усилить, стало «рябить». Маг нахмурился: странно, собственное тело его никогда не подводило, а Второе Зрение было вообще одним из самых надежных заклинаний… странно…
Продолжая круг, маг внезапно улыбнулся – он понял, в чем дело.
Так вот оно что! Проклятие, обрекающее меня на неудачу! Как там было написано, про такие заклинания: «понижает шансы на благоприятный исход любого дела, за какое бы дело зачарованный не взялся». Умно. Бесспорно, умно.
Но удача – это еще не все. Можно бороться и со злосчастьем
.
– Киари-аннаро, эрианай мистай сателлэ… – беззвучно шепнули губы мага. – Диамэйле яэно зийат*…
Визет не призывал на помощь никакое божество – ибо Аонкиари, Покровитель Дома, божеством не был. Визет вообще никого не призывал – слова на тайро помогали ему сосредоточиться.
Тайронэ плетут заклинания тремя способами. Первый – создавать схему и наполнять ее энергией прямо по ходу боя (этим и пользовался ранее Визет); второй же – заранее сплести заклинание и занести его в память. Первый способ оставлял куда больше вариантов для столь любимой тайронэ импровизации; второй был надежнее.
Третий, увы, был доступен лишь шочидо и тай-до** – а этого уровня Визет еще не достиг. А жаль – проклясть, например, Ариджайна, шочидо Рыжих Котов, было бы нереально.
Сейчас Визет воспользовался одним из занесенных в память заклинаний; он стоял прямо, завершив обход по кругу.
Успех любого дела зависит от трех вещей: мастерства, контроля и лишь потом - удачи. Мастерство у Визета было; тайрон – полный хозяин своего тела, и никакое проклятие не отнимет у драконов Контроля – ибо именно Контроль составляет основу всего волшебства жителей Круга, имеющих дело с магией с раннего детства.
Удар был страшен – как для попавшего под него, так и для плетущего; сахэссан, проклятие все-таки подействовало… Контроль позволил перенаправить вредоносное действие – и левую руку обожгло, будто маг сунул ее в огонь. Боль была дикая.
Плевать; как говорил учитель – магу может помешать плести заклинание только смерть. Да и то не всегда. К тому же для работы руки и не нужны... А рану подлечу после боя
Но заклинание все же подействовало; масса воздуха, раскаленная Огненным компонентом, обволакивала всех Тацианов – и видимых лишь Визету, и настоящего.
Здесь потоки, составляющие структуру, были надежно укрыты и защищены: «Диспелл» бы против них не сработал – тут надо было работать очень и очень тонко. Если, конечно, иссушающий тело жар и сдавливающие плоть объятия воздуха позволят это сделать.
Визет усмехнулся сквозь боль: прием с лужей гнили теперь бы уже не прошел – жидкую форму «Истаниан Фан» высушил бы в момент.
Лови «Жаркий Ветер», Чумной Маг. Посмотрим, как ты справишься, когда каждый вдох будет обжигать твои внутренности, а плоть – расползаться под давлением тисков ветра (хотя куда ей еще расползаться).

[Примечания:
*Кот-Прародитель, идущий среди звезд… Слушай свою кровь… (тайро)
**Шочидо – «глава Дома». Тай-до – «глава Клана» (тайро)
]
Тельтиар
Неудача - заклятие действенное, но отнюдь не дающее стопроцентной гарантии. Оно может изрядно подпортить жизнь, однако дабы добиться победы, используя лишь его, можно лишь в борьбе с деревенским самоучкой - опытный маг все же сумеет найти лазейку, и использовать ее.
Так вышло и на этот раз. Противник Маркиса оказался опасным, и хитрым, внушающим уважение, однако это было уважение того рода, когда желаешь втоптать его в грязь, гниль и могильный прах. Гибельно проклятие наложенное умирающим - но до подобного проклятия Тациан не опускался, оставляя его, как последний козырь.
И все же, нелюдь решился сотворить новые чары - видимо либо не поняв, какого рода волшба обволокла его, либо все таки решил рискнуть. Любопытно. Сам Маркис никогда не рисковал - его магия сплеталась из тщательно выверенных компонентов, формул, схем и долгих лет опытов над людьми. Почти все заклинания, которые он использовал, были результатом его собственных изысканий, или же наследием учителя. Магия и Болезни так похожи, ведь перенеся тяжелую болезнь, человек приобретает иммунитет к ней, точно так же и с заклятиями - против обыденных фаербаллов и молний давно уже созданы элементарные чары защиты, простые и в то же время действенные. Их даже изучают в парах - атакующее и защитное. Поэтому - то Тациан никогда не повторялся - дабы не дать врагу повода использовать полученные знания против него. Сфера Болезней являлась наиболее неизученной, сложной и в то же время могущественной из подшкол Магии Тьмы, наравне с изощренными, коварными Проклятиями - именно поэтому Маркис Тациан избрал эту стезю, ведь только тот, кто телом и сердцем сольеться с болезнью, сможет управлять заразой и гнилью. Прощальный подарок учителя - дар и проклятье, помог ему пройти последнее посвящение. Болезнь, медленно убивающая его тело, словно червь, подтачивающий могучее древо, отдновременно с этим позволило постигнуть таинства жизни и смерти.
А между тем пламя сорвалось с рук Визета - облизывая его ладонь, и словно поглощая - это неудача взяла свое, от его почти идеального плетения. Кто бы мог подумать, что он вырвет из глубин памяти это мощное заклятие, обойдя непременное устройство сотворения чар. Он полон сюрпризов, этот нелюдь.
Но против огненного вихря он еще мог защитить себя, используя песок арены - "Гнилостная Броня" - так назвал Маркис это заклинание. Взметнувшись перед ним, пески сплелись в кокон, обильно пропитанный гноем и тлетворным запахом разложения. Крепкое заклятие, способное выдержать удар молота, оно в то же время защищало и от эффекта "духовки" - когда закупоренный в собственной броне маг попросту зажаривался. Чем сильнее и жарче было пламя, тем крепче оплавлялся песок, становясь словно скорлупа. Медленно исходя трещинами, и наконец начал осыпаться, падая кусками изжаренной гнили.
Обдал лицо Маркиса оставляя ожоги, а затем сменился свежим дуновением ветра - заклятие Визета иссякло - все же неудача воздействовала на эффект чар, уменьшив их продолжительность.
Маг тяжело вздохнул, втягивая в гниющие легкие кислород. Следовало наложить новое заклинание, пока враг не сделал этого - и на этот раз он выбрал новое Проклятие, именуемое "Магическим Паразитом" - энергетическая воронка, привязанная к астральному телу мага, и медленно выкачивающая из него магические силы, вплоть до полного истощения, тугие темные нити, словно хоботики комаров, впивались в источник магии нелюдя, выжимая его. По возможности - до капли. А благодаря Обману Разума, Маркис постарался сделать и это заклятие незаметным, по крайней мере до тех пор, пока враг не станет направленно искать его, но к тому времени он уже должен лишиться немалых сил.
Впрочем, пускать дело на самотек он не собирался - теперь в дело вступили "двойники" - поскольку каждый из них существовал лишь в разуме Визета, физически пламя не могло причинить им никакого вреда, и теперь они атаковали, каждый своим заклинанием, подчас относившемся к совершенно различным школам магии - были тут и пламя, и ледяные стрелы, и даже Копье Тьмы - тонкий сплав Иллюзии, позволял сделать их максимально приближенными к реальности, настолько что опознать подделку можно было лишь когда это самое копье исчезало, пронзая тело жертвы, и не оставляя даже малейшей царапины.
Стоило ли говорить, что все эти атаки существовали лишь в разуме Визета, лишь в его мыслях и видениях, насланных губительным Обманом Разума Маркиса Тациана. Иногда даже простейшая Иллюзия может сделать больше, нежели коварное сплетение губительных чар. Более того - "двойники" действовали самостоятельно, действуя под импульсами мозга Визета, и не нуждаясь в дальнейшем контроле - а поскольку физически их атаки были безвредны (разве что противника хватил бы сердечный приступ от испуга), Маркис решил подкрепить данную шутку более жестокими чарами.
На сей раз он уже не обращался к элементарным, основным заклятиям Болезней, что он получил в наследство от учителя, и использовал одно из своих творений - Гниение Крови - для этого необходим был зрительный контакт, и потому глаза мага - один карий, словно земля, другой синий, как лазурное небо - впились в глаза Визета - проникая вглубь, а затем он прошептал:
- Эсссахо, Нэйграэль! (Нэйграэль, благослови) - что поделаешь, если его учитель был столь набожным, что почти каждую формулу заклинания записывал в форме молитвы богу Чумы и Разложения, а Маркис, в первые годы творений перенял у того пагубную привычку. Естественно что Нэйграэль, ровно как и Ашхаган, и другие никогда не откликнулись на такие молитвы, поскольку они и молитвами - то не были. Проще говоря - набор звуков для активации заклинания.
По идее в кровь противника должна была проникнуть трупная гниль, отравляя ее, заражая каждую клетку организма, проникая в сердце...
Интересно - а что он сможет противопоставить этому, особенно находясь под действием Неудачи, Паразита и атаки "двойников"?
Маг перевел дух, осмотрев дымящиеся одежды - на этот раз он поистине был на волоске от гибели...
V-Z
Наблюдая за тем, как «Жаркий Ветер» бьется о песчаную стену, Визет провел двумя пальцами по лбу вертикальную черту до переносицы. Потом еще раз…
Ничего ритуального – просто привычка.
Умно. Противопоставить Воздуху Землю, обработанную… да, судя по запаху, обработанную гнилью. К счастью, удержать этот кокон он долго не сможет.
Остановив боевое заклинание, Тациан явно что-то сделал… но увы, Визет не смог определить, что именно. Просто он сам на его месте провел бы немедленную контратаку, лишь оправившись от заклинания противника.
Но пока тайрон не собирался атаковать… наложенное на него проклятие изрядно достало мага, и он решил, что пора с ним кончать. Эх, жаль, амулеты не дают пронести…
Впрочем, в памяти хранилось подходящее заклинание. «Кайдиан Эмейлор».
«Огненное Очищение».
Вновь в дело пошел жесткий Контроль над силой и всем телом; поскольку применение подобного требовало не только искусства, но и выдержки.
Визет развел руки в стороны, чуть поморщившись – левая по-прежнему болела. Широко раскрыл глаза, губы беззвучно дрогнули…
Лаэссо Тайрон Аннарэ, эмейло айе Кайдель*…
И пришел огонь.
Пламя прошлось по фигуре Визета, обволакивая ее жарким доспехом. Кожа мгновенно высохла; но огонь-физический не мог причинить вреда магу по уже названной причине – какой волшебник допустит повреждение от своего же заклятия?
А специфика «Кайдиан Эмейлор» состояла в том, что пламя горело не только в реальности, видимой всем, но и в пространствах, видимых лишь магам.
И если тело оставалось в целости, то в свою ауру Визет пустил огонь беспрепятственно.
Даже мощного Контроля не хватило бы надолго, всего на какие-то секунды; но много времени и не требовалось. Огонь убивает быстро… волшебный же огонь – очень быстро.
Тайрон сжал зубы, когда призванное им же самим пламя пронеслось по его ауре, сжигая и обращая в ничто все наносное, все, не принадлежащее ему. Именно для этого «Очищение» и предназначалось. Боль была адская, но Визет не собирался отступать.
Тайронэ очень не любят, когда вторгаются в их личное пространство, воздействуют проклятиями на тело и разум. И если для освобождения надо пройти сквозь огонь и боль – да будет так! Саэлло**!
Сила «Кайдиан Эмейлор» ударила по прилепившейся к ауре «Неудаче», разрывая проклятие, заставляя распадаться плетение, выжигая заклинание прочь из ауры. Будь оно «завязано» на внешний источник – пришлось бы постараться. Но Тациан сам намертво слил свое проклятие с астральным телом Визета… и потому беспощадный огонь не мог не справиться.
«Очищение Огнем» произвело еще один эффект, которого Визет не ожидал и не предусматривал. Заклинание очищало ауру и все, что с ней было соединено… а потому досталось и второму проклятию Тациана – «Паразиту», о существовании которого тайрон до этого момента и не подозревал.
Пламя ударило по связующим нитям, стремясь к воронке. К сожалению, каналы прогорели и распались раньше, чем заклинание достигло таковой… но результат все равно был – воронка потеряла всякий контакт с аурой и поплыла куда-то в сторону. Следить за ней Визет не стал: к зрителям ее барьер не пустит, а прилепится к Тациану – так тайрон тем более возражать не будет.
Сожрав нити «Паразита», пламя исчезло – как охватившее ауру, так и бушующее в физической реальности. Визет медленно выдохнул, прислушиваясь к телу, ноющему от боли; кожа горела (в переносном смысле, разумеется) – прощальный подарок «Неудачи».
Пламя «Очищения» полыхало всего около пяти секунд, но Визету они показались очень долгими. А ощущать кожу совершенно сухой было непривычно и неприятно.
[А, шел тайлам***! Переживу. После боя подлечусь. А сейчас… Сахэссан иштанай, что это он делает?]
Ранее внимание мага было поглощено творившимся в его собственной ауре; и момент, когда Тациан поймал его взгляд и атаковал, он пропустил. Так что когда Визет осознал, что творится, то успел уловить лишь отзвук слова «Нэйграэль» (интересно, это еще кто?)
Учиться тебе еще и учиться до мастера, тайрондарай****. Учитель бы такой ошибки не совершил
К счастью, проклятья на Визете теперь не висели… точнее, одно осталось – двойники. «Кайдиан Эмейлор» очищал ауру, а не разум. Но кое-какой эффект «Очищение» возымело и на них – фантомы стали более блеклыми, и внимательному глазу уже не так уж трудно было отличить их от подлинного мага. А потому и к их бешеной атаке Визет отнесся равнодушно – к иллюзиям он привык еще в ученичестве. У Сайальфора они были почти что смертельными, несмотря на нематериальность.
А вот собственно атака беспокоила тайрона куда сильнее – ибо заклинание Тациана отравляло кровь. Распространиться по всему организму оно еще не успело – все же у всего, связанного с физиологией, есть свой предел скорости. Но медлить было нельзя.
Средство, собственно, имелось, благо проклятие теперь не мешало.
[Сахэссо, ну и бой… Почему мне все время через боль приходится работать? Я ж не Серебряный Ворон с их эстетикой смерти… хм, будь на моем месте кто-то из Верраови, то противнику было бы плохо – этих закоренелых некромантов хэйса с два проклянешь.]
Старое заклинание. Очень старое. Но и полезное донельзя – потому-то оно и сохранилось.
Визет зашипел, когда вновь построенная на Огне волна прошлась по его жилам. Даже больнее, чем при очищении ауры…
Целебным сие заклятие не было. Оно лишь сгоняло всю заразу в одно и то же место, избранное магом – поближе к коже.
Любого медика от такого способа дезинфекции хватил бы инфаркт. Да и пациента, прямо скажем – тоже. Но кто-то способен жить и разлагаться при этом, кто-то может растекаться туманом, кто-то способен менять облик… тайронэ тоже могли многое сотворить со своим телом. И творили.
Тацианову гниль согнало к левому предплечью – эта рука и так уже пострадала. Лечить придется, конечно, но это не самое страшное. Дарханиты с их милыми традициями пытать пленных были куда хуже.
Язычок пламени полоснул по коже, обнажая то самое плетение, которое Тациан искусно впустил в кровь Визета (надо будет, кстати, сказать о нем кому-то из Танфораритао***** – пусть подумают). Тонкие потоки Воздуха, работая в роли пинцета, вытянули из ранки извивающееся плетение. Воздух отменно подходил для высасывания полужидкой гнили.
Отлично, а теперь – огнем ее. До распада.
Закончив дело, Визет поднял взгляд на Тациана. Ну что же…
Заражение крови – это игра более чем всерьез, Чумной Маг. Так что не жалуйся.
Полуприкрыв глаза, тайрон принялся сплетать свое заклинание. В ход вновь пошел Огонь...
Так, намечаем пять точек вокруг… может, шесть? Нет уж, нечего прямо на поле боя экспериментами заниматься… Го-то-во. Теперь сплетаем потоки, соединяем структуру. А, сахэссо! Добавим каждому из подплетений долю автономности – чтобы и без соседей работали. О, все готово. Посмотрим, как совладаешь с этим.
Визет повел правой ладонью – и заклинание перешло в действие. Образно говоря – из стройной теории в очень убедительную практику.
Вокруг Тациана полыхнули пять огней, похожих на костры; пламенные нити соединили их между собой. Можно было и без них – благо автономность вложена – но так эффективнее. Кстати, сравнение было приведено не зря; заклинание так и именовалось – «Тиин Кийадэ» – «Пять Костров».
Радиус круга из сих «костров» составлял два метра, Тациан – в самом центре.
И одновременно в Чумного Мага ударили пять пламенных струй, толщиной сантиметров двенадцать каждая – это заклятие было достаточно мощным. Визет был уверен, что свой фокус с песком и гнилью Тациан не повторит – огненные тараны прошьют стену навылет.
Говорили, что отшельники Великой Бхараты медитировали в круге из пяти костров. Ну так то святые аскеты… да и медитировали, а не жарились на них.
Хм... вообще-то его противник активно использовал тактику: "накладываю проклятие - бью боевым заклинанием". То есть по две-три атаки разом... а не ответить ли той же любезностью?
Так что "Пять Костров" были поддержаны Воздушной атакой - потоками, нацеленными на то, чтобы разорвать кожу и вены. Побочным эффектом стало вплетение в них земли и песка арены; Визет подумал, что песок в крови не доставит удовольствия даже Чумному Магу.

[И вновь примечания:
*Именем Дракона Изначального, очищаю себя Огнем… (тайро)
**Боевой клич драконов, в некотором роде – и священный возглас.
*** «До когтя» – поговорка тайронэ, аналогичная земному «до лампочки»
****Один из рангов в мастерской иерархии тайронэ.
*****Танфораритао-шочи – Дом Опалового Ястреба, занимается исследованиями в области биологии
]
Тельтиар
Над головой Кхарта сформировалось очередное облачко, на этот раз - чисто черное, и разделилось на тринадцать маленьких частей, которые лич окружил небольшими, но мощными щитами, да и скобы укрепить не забыл.От каждого облачка к Кхарту метнулись каналы силы - заклинания будут пить его магическую силу, причем с огромной скоростью - пока не останет один выжатый маг без капли волшебства в душе.
Маркис наблюдал за действием заклятия, оставаясь в тени - учитель не любил, когда кто-то мешал ему в сражении. Впрочем против Чумного Мага, такого как учитель мало кто мог выстоять один на один, и вот обессиленный, Кхарт упал на колени, хватая ртом воздух, и не в силах более сотворить ни единого заклинания - учитель победил, даже не произнеся ни единого атакующего заклинания.
А затем Кхарт погиб от алой чумы... погиб в муках, а Маркис постарался запомнить полезное заклятие.


И сейчас следовало сделать то же самое - Тринадцать Паразитов, а не одного! Тогда враг уже пал бы обессиленным и поверженным, но нет - вмечто этого он сумел вывернуться, и более того - расправиться с Аналоженными Проклятиями. Нехорошо вышло, хотя и самому нелюдю досталось изрядно - ожоги теперь будут раздражать его кожу, боль не даст сосредоточиться. Уже не говоря о разодранном плече, через которое уходила зараза, влитая в кровь - выдержка у него неплохая, у этого Визета - тациан отметил это - а значит интересно будет посмотреть, как он станет корчиться на песке арены, одолеваемый сомном смертельных болезней.
Интересно, что он предпримет теперь, терзаемый болью, которую причинил себе сам? Да, конечно это достойно уважения - нанести себе рану, дабы сохранить жизнь. А сохранишь ли? Время покажет.
Пять огней зажглись разом - хитрое заклятие, образованное недюженной магической силой. Маркис чувствовал вибрацию Потока, пока чары еще плелись, и чувствовал, что его сил не хватит отразить эту атаку. До сего момента жизнь уходила из тела Тациана медленно, точно песок в часах, но сейчас... сейчас она могла оборваться огненным взрывом раньше отпущенного срока. Иногда судьба играет с людьми странные шутки - но даже ее можно обмануть.
Порой случайность решает все...
В этот раз в роли случайности сыграла та самая воронка-паразит, оторванныая от Визета - чумной маг притянул проклятие на себя, будто выворачивая его на изнанку, и закрываясь им, словно коконом - струи пламени ударили одновременно, а следом за ними резкие порывы ветра - паразит впитывал чары, как губка. Но лишь до поры до времени - подобный Паразит просто физически не мог вместить непомерную силу огненного заклятия, ведь он, словно пиявка высасывал по капле из мага, но когда фонтан горящей энергии ударил в него, скрепы не выдержали, разрываясь на мельчайшие осколки, разрушая плетения огненного и воздушного колдовства. Настоящий вихрь магических энергий взорвался вокруг Маркиса Тациана, и лишь в центре сохранялся островок спокойствия. А сам Чумной маг улыбался, поскольку успел наложить на разрушенного паразита одно из лучших своих (о да, после гибели учителя он считал их своими) заклинаний.
Извращенные паразитом, вздушные потоки ударили по "кострам", задувая их, сокрушая скрепы заклятий, и сбитые потоки били уже по всей арене, воспламеняя и нагревая песок.
Затем все стихло...
Маркис стоял, окутанный клубами дыми, и лишь волосы его обгорели, но даже это пламя втянул в себя умирающий паразит. Затем пришла боль...
То, что одна рука обуглилась до хрустящей корочки он заметил лишь сейчас, почуяв запах паленого гнилого мяса. Тациан передернул кистью, и она отвалилась, обнажая прогнившую желтую кость, слегка обугленную пламенем. И боль отпустила - тот, кто разлагаеться и гниет заживо не способен долго чувствовать белезненные ощущения, просто потому что к постоянной боли привыкаешь.
Теперь настал черед Маркиса ответить, и он решил извлечь из глубин памяти наиболее могущественное заклинание.

В кабинете с пепельно-серыми стенами, тускло освещенном, стояла пара чародеев - один в серебристом одеянии, второй же носил алые одежды.Маг в серебряненном - а это был именно Маркис - внимательно смотрел на висящую между двумя магами иглу, подернутую серой дымкой и слушал учителя, делящегося словами столь же медленно, словно скупец - золотом.
-Ты видишь перед собой, мой ученик, плод моих долгих расчетов, опытов и умственных терзаний.На место старых заклинаний приходят новые - так было и будет вечно, но со временем это начнет распространяться шире - уйдут в тень веков целые школы чародейства. Кто сейчас помнит ту же рунную магию? То же со временем ждет и стихийное чародейство, и алхимию - и все прочие из тех, что ныне кажутся основой.Сейчас ты видишь то, что придет им на смену. - ухмыляясь, произнес старый маг в алых одеждах.
-Что же это? - нескрывая своего интереса, но тем не менее не торопясь, произнес Маркис, чьи кости в ту пору еще были крепки, а плоть не разъедала болезнь.
-Это Искажение, ученик мой.Тонкий слой чар вокруг основы - любой, состав ее значения не имеет - обладает чудеснейшими свойствами. Попробуй, к примеру, разрубить скрепляющие звена этого чародейства, ученик. - хитро улыбнувшись, сказал маг.
Тациан протянул руку к игле, и, слегка напрягась, попробовал нащупать чародейством скрепляющее энергию иглы. Велико было его удивление, когда посланный пучок чар, достигнув пепельной дымки, не только не обнаружил скоб, но стал меняться - совершенно непредсказуемо, и, наплевав на свое предназначение и все свои свойства, превратился в нечто неописуемое и совершенно бесполезное для мага, после чего этот клубок энергии с хлопком распался, в то время как в глазах Маркиса зажегся огонек - у него всегда было сильно развито чутье к знаниям, которые могут действительно пригодиться.
- Кажется, я понимаю суть этого заклинания. - медленно проговорил юный маг - оно искажает абсолютно любой вид заклинания, приблизившийся к нему, разрушая саму суть чародейства, выворачивая его наизнанку. А что будет, если метнуть в него по настоящему мощное боевое заклинание? Сумеет ли этот слой искажения справиться с скобами энергии, намного превышающей его самого по силе? - спросил юноша, повернувшись к своему учителю.
-В этом его особенность. - ответил до нельзя довольный учитель- такая маленькая игла не сможет исказить всю волшбу, ведь на это нужны много большие силы, но она сможет играючи проделать себе путь сквозь обычное вражье чародейство, искажая то, что будет касаться ее.Мы полочим, к примеру, огненный шар с дыркой в середине и иглу, выбивающую дух из пославшего ее.
- А порталы? - с еще большим интересом произнес юный маг - можно ли поставить на пути такого заклинания портал?
- Не глупи - ответил старый маг в алом - Ты должен знатЬ, что их структура очень упорядоченна и при первых же изменениях произойдет взрыв. Способы остановить такое заклинание есть - мощные чары магии порядка или заклинание, абсолютно противоположное по структуре. Я думаю, есть еще несколько способов...
Тациан немного подумал, мысленно атаковав заклинание мастера со всех сторон и подумал про себя - Да, есть. - после чего вновь спросил у учителя:
- А как самому отдавать приказы волшбе, если она искажает все, что касается ее - даже информацию с приказом? И не искажает ли оно себя? - и услышал ответ учителя.
- Ну, поэтому обычно те немногие, что владеют подобным чародейством, снала направляют заклятие, а после облачают его Искажением, и с этого момента оно перестает получать приказы от создателя, ведь искажается даже мысленная связь, по которой шло управление. Заклинание остановится только когда будет уничтоженно одним из упомянутых мной способов, либо пока не израсходует вложенные в него магом силы - причем извне мне не известны способы выпить их раньше времени. Ну, а о вопросе, не искажает ли заклинание само себя, я отвечу "нет", и это было одной из самых сложных частей создания заклинания - но мне удалось, удасться и тебе...


Искажение. Учитель был необычайно умен, но это не спасло его от кинжала в спину. Ученик же оказался весьма талантлив, хотя он назвал бы это колдовство - Заражением. Заражением Магии, самой опасной болезнью, какая только могла возникнуть в извращенном разуме Чумного мага. Заразить плоть, омрачить разум, заставить гнить душу - на это были способны многие, но поразить Магию... О нет, до этого еще не доходило, и потому Искажение было столь опасно - оно словно ржа разъедало сталь колдовства. Нечто подобное он уже вложил в паразита, но там была лишь капля ничтожная.
На этот же раз Маркис использовал едва ли не весь резерв, в качестве компонента взяв собственную отвалившуюся кисть - гнилые кости обратились в вытянутое копье из костяной крошки и слизи, обтекающей его, а затем оно ринулось точно в сердце Визету, магически привязанное к цели, и в тот же миг гнилостный слой Искажения укрыл заклятие - его хватило бы, чтобы отразить любую магическую атаку, или же разрушить поставленную защиту, если конечно нелюдь не придумает что-либо действительно впечатляющее, о чем Маркис даже и догадываться не мог.
Жестокое заклятие - но только так можно добиться результата. Сейчас он раскрыл последний козырь - самое сильное, что было в его магии Болезней, и надеялся, что раскрыл не напрасно.
Цепляйся за свою жизнь, Визет - твое испытание продолжается, покуда один из нас жив.
V-Z
А, сахэссо! Надо же было так своим клинком пораниться* с этой воронкой! Но ничего не скажешь, Тациан воспользовался обстоятельствами очень умело. Даже жаль, что в нем чувствуется такая ненависть к жизни… подобного мастера неплохо бы приняли в Тайронкоай. Хм, может его еще можно излечить? Помнится, Танфораритао разрабатывали методики магического исцеления от даже самых страшных болезней…
Визет мрачно наблюдал за тем, как «Пять Костров» и «Острые Ветра» уничтожают друг друга; он озаботился тем, чтобы Воздух и Огонь друг другу не помешали, но искусство Тациана внесло свои коррективы. Более чем достойная защита, хотя и весьма экзотичная. Впрочем, последнее – совсем не порок.
Пока магия Тациана боролась с беспощадным огнем, Визет коснулся ранки на левой руке лепестком пламени и еще раз прошелся мелким Воздушным потоком. Поморщился от острой боли, но все же довел процедуру до конца. Ну вот, пока что новое заражение через ранку не грозит.
Пламя схлынуло и тайрон сузил глаза, разглядывая своего противника. Да, на сей раз атака Визета Тациана зацепила – судя по тому, как повреждена рука.
Маг едва не рассмеялся, сравнив раны их обоих – и у Чумного Мага, и у тайрона пострадали руки. Что поделаешь…
А затем Маркис принялся плести свое заклинание, и Визет напрягся – да, это что-то весьма и весьма мощное. Так, использует свою плоть в качестве снаряда… хм, отличное решение – собственные плоть и боль увеличивают силу заклинания, а гниющему телу Чумного Мага уже все равно – есть у него такое количество мяса или нет. Да, нет времени детально изучать, но можно сделать вывод – привязка к цели будет. Потому что иначе нет смысла использовать – от заклинаний такого типа при известной скорости можно увернуться.
Но само по себе копье было бы не столь опасно… если бы не то, чем Тациан его окружил. Чем-то это напоминало сиаифандао – одну из самых мощных, но и опасных техник Круга Драконов. «Призрачный смерч» изменял все, с чем соприкасался, совершенно непредсказуемым образом, и сопротивляться изменению не могло ничто – ни магия, ни материя. Использовать сиаифандао разрешалось только магам высокого уровня, и это понятно – бешеная буря Изменения контролю принципиально не поддавалась, и главное для призвавшего ее было – выжить до окончания действия заклинания.
Тайронэ вообще очень хорошо умели выживать. Поэтому и достигли нынешних высот развития.
Магию Изменения, коей было родственно заклинание Маркиса, Визет видел в бою лишь раз – использованную Ариджайном, главой Дома Рыжего Кота. Призванная шочидо сила сотворила с великолепно оснащенным и грозным отрядом врагов такое… Вит’Айан из эмрестов**, бывший в их группе, позеленел и еле сдержал тошноту; а надо было очень сильно постараться, чтобы вызвать такой эффект у представителя расы, которая более всего на свете почитала Смерть.
Маги могут двигаться медленнее чем воины (хотя и далеко не все, заметим), но соображают они куда быстрее – ибо в поединке стали многое решают рефлексы, а при столкновении заклинаний необходимо именно осмыслить и претворить в жизнь возможную защиту.
Как ни странно, но на сей раз Визету косвенно помог его же противник… а точнее то, как он ранее защитился от «Жаркого Ветра» с помощью почвы арены. Рассмотреть детали Изменяющего заклинания*** Тациана тайрон не успел (да и не удалось бы ему это в таких-то обстоятельствах), но одно понять сумел – это оружие против магов. Вернее, против волшебных защит, которые оно переделает во что-то совершенно непотребное.
Но защититься можно не только чарами!
Визет вытянул перед собой руки, творя заклинание. Вернее, вытянул правую; левую же пронзило болью и маг, прошипев проклятие, прижал ее к груди. Теоретически это заклинание было бы лучше использовать с двумя руками, но маг перенес часть нагрузки на плечевой пояс – обеспечив тем самым опору для «стационарной» части. Все, что требовало движения, совершила правая рука. Увы, такое деление – стационарная и динамическая части – здесь определенно требовалось.
А что же произошло?
Многие знают лишь такие преимущества Воздуха как пластичность, способность распространяться по большим площадям, называют контроль над дыханием…
К счастью, эта Стихия может еще и действовать очень и очень жестко, не хуже каменных объятий Земли, которые так любят таннолианы****.
Мощные потоки Воздуха ударили в землю, взламывая почву и вырывая из нее крупные куски. Песок, земля, какие-то камешки – обычный состав для такого рода арен; и все это встало на пути окутанного Изменением мертвого копья. И не просто встало – Воздух оборачивал магический снаряд своеобразным коконом из почвы. В данном случае Изменение не смогло бы ничего сделать против заклинания тайрона – потоки не прикасались к защите; между ними всегда был толстый слой земли.
Выплести это заклинание было непросто, но Визет все же держал его под контролем. Еще чего не хватало – отступать. А уж тем более – сдаваться. Ха! Йио тиэри аи фоэри. Не идти вперед – значит идти назад, как гласит девиз Дома Рыжего Кота. А спасовать перед магией противника – значит сделать шаг назад.
Надо заметить, что тайронэ вне их родных миров всегда скрывает своеобразная иллюзия. Это не магия Иллюзий… строго говоря, это не магия вообще – лишь мелкое проявление врожденной пластичности тайронэ. Сей покров, делающий их похожими на людей (или неотличимыми от них) драконы воспринимают как что-то неотъемлемое от организма. И если в иномирье эта иллюзия сползает – значит, дело серьезное.
Вот сейчас сквозь вроде бы человеческие черты проступал подлинный облик Визета. Темные волосы стали чернее воронова крыла; светлая кожа полыхнула белизной. Черты лица заострились, став уже совершенно нечеловеческими – теперь за представителя homo sapiens тайрона мог принять только слепой. Глаза залило радужным пламенем – это уже сказывалось мощное напряжение магических сил.
Визет на перемены в своем облике внимания не обратил – не до того было. Да и если бы обратил? В бою-то сие бесполезно, правил не нарушает… ну, разве что противник испугается. Так Тациана хэйса с два чем-то испугаешь. А если зрители вздрогнут… их проблемы.
Земляной кокон был готов, но заклинание упорно двигалось вперед. Маг улыбнулся совершенно драконьей ухмылкой и довел заклинание до конца.
Несколько потоков всей своей мощью ударили по кокону, отбрасывая его к стене, окружавшей амфитеатр – подальше от Визета. И вслед Воздуху, струясь меж его потоков, хлынул волшебный Огонь, спекающий землю в монолит. Разумеется, чего-то хотя бы подобного камню бы не получилось… но пока что мертвому копью из этого плена не вырваться.
Впрочем, потоки Огня этим не ограничились. Проникая сквозь мелкие щели, они коснулись Изменения; защита немедленно принялась искажать и преобразовывать удар Стихии. Но этого Визет и добивался – образно говоря, он попросту «перекармливал» защиту энергией, пользуясь тем, что связи с хозяином у нее нет.
И своего он добился – в конце концов предел прочности был превышен, защита распалась… а потоки Воздуха, сдавившие земляной кокон, раздробили мертвое копье.
Тайрон глубоко выдохнул, медленно возвращая к себе все уцелевшие потоки. Оценил свой запас сил. Мда. Негусто. Точнее, удивить противника можно, и весьма впечатляюще удивить… но все же если поединок продлится еще с полчаса, то придется брать силу из неприкосновенных резервов. Хотя Визету казалось, что и так придется…
Впрочем… что там сказано в правилах насчет продолжительности боя? По подсчетам тайрона им оставалось обменяться ударами от силы пару раз, а потом вмешаются судьи… если поединок не будет завершен. Да, на такое время, пожалуй, хватит.
Визет глянул на противника, полуприкрыв глаза – он уже усвоил, что встречаться с Тацианом взглядом не стоит.
Это был очень впечатляющий удар, Чумной Маг. И он значительно расширил мои познания о том, что можно сотворить с помощью собственного тела и воли. Достигни он цели – и даже оказавшись вне арены, даже учитывая жизнестойкость тайронэ… было бы непросто выжить. А уж в пределах поля боя…
Я отвечу тебе тем же, Маркис Тациан. Ты испытал меня силой своей ненависти и проклятия – так я испытаю тебя дыханием Стихии! Узнай на себе, что такое магия Круга Драконов!

Мысль была довольно пафосная; на Визета иногда находило такое настроение. Но стоит заметить, что в данном случае у него были основания так говорить…
Тайрон поднял правую руку; раскрытая ладонь была обращена к Тациану. Радужное пламя в глазах разгорелось – маг вновь собирал мощные силы.
Основа магии Тайронкоай – в изменениях. И это же – один из любимых приемов драконов, коим они владеют виртуозно.
Чистую магию Изменения Визет применить здесь не мог – он соблюдал правила турнира. Но дело в том, что Стихии весьма пластичны… и им не нужна никакая иная сфера магии, чтобы измениться. Требуется только воля и мастерство.
Таковыми Визет обладал.
И сейчас он применял технику, широко известную в Пространстве Драконов, но довольно редкую в других мирах. Четкого названия она не имела, но обычно ее называли Талэн-то Лиомор.
Переход Стихии.
Да, это было именно так. Тайронэ любили применять в бою внезапное превращение материальных воплощений одной Стихии в воплощения совершенно иной. Ну, не совсем «внезапно» – это требовало времени; сие действие было одним из очень немногочисленных в арсенале тайронэ, требовавших изображения символов. Чем угодно.
Ладонь защипало – мелкие потоки Воздуха стянули кожу, чертя на ней иероглиф древнего тайро – дуга, вертикальная черта, дуга, продолженная извилистой линией. Знак «Зиналь».
Воздух.
Секунду спустя ладонь обожгло – несильно, но все же ощутимо. Визет знал, что это продлится совсем недолго, но все же подумал, что в будущем руки надо будет поберечь.
Лепесток Огня вычерчивал уже иной знак – две косые черты, вертикальная извилистая, на ее концах – горизонтальные. Иероглиф «Кайд».
Огонь.
Визет вздохнул. Пока что он не тратил силы – заклинание еще не выплеснулось за пределы его разума. Еще раз оценил свой запас сил. Хватит, несомненно.
Саэлло!
И два иероглифа слились в один.
Воздух вокруг Тациана пошел рябью, как бывает, когда нагретые костром потоки воздух искажают видимую картину. Но на сей раз все было куда серьезнее.
Собственно, действие «Перехода Стихии» было простым. А вот сотворение его – сложным.
Сейчас Визет касался воздуха, окружавшего Тациана, соприкасавшегося с его кожей и одеждой.
И своей волей и мастерством превращал его в огонь. Заменял воздушную массу голодным пламенем.
Долго держать это заклинание не было никакой возможности – не в таких условиях. Тело уже ломило от напряжения, хотя ученик Сайальфора умел терпеть и был способен выдерживать нагрузку. Но этим чарам обычно и не надо было действовать долго…
Если к концу нашего поединка мне будет с кем говорить, Маркис Тациан, то я тебе обязательно предложу путешествие к Танфораритао и шансы на исцеление. Если же нет… я попрошу Дракона Изначального позаботиться о твоей душе.
«Талэн-то Лиомор» развернулся во всю свою силу.

[Примечания:
*Поговорка тайронэ, означает – «совершить большую глупость».
**Эмресты – крылатая раса, вассалы Круга Драконов, отменные бойцы.
***То, что учитель Тациана называл Искажением, в терминологии Тайронкоай именуется Изменением.
****Таннолиан – образно «маг Земли» (тайро)
]
Тельтиар
Давно еще, в те времена, когда Маркис был лишь юным подмастерьем деревенского сапожника, случилась эта история. Трое ребят постарше, всегда недолюбливали его, потому что их заставляли работать в поле, а он «баклуши бил», да подметки подбивал – вот и тогда они подкараулили его на одной из улиц, и попытались отметелить. Раньше у них это всегда получалось, но в этот день произошло что-то совсем странное: у одного из них носом пошла кровь, и он рухнул на землю, корчась в судорогах, и извергая из глотки гнойно-кровавые слюни, второй покрылся странными пятнами, скорее похожими на трупное гниение.
Маркис испугался, но испуг этот был мгновенным, а затем сменился мрачной удовлетворенностью, и почти ликованием, когда он смотрел на гниющие останки односельчан. Что чувствовал он тогда – сейчас уже и не упомнишь, но фигуру в алом, словно кровь, плаще, укрывавшем грязное рубище, юноша встретил с благодарностью, и хотел было преклонить перед стариком колени, но тот остановил его резким движением посоха, раскроившего череп последнему пареньку, и откуда только сила взялась в старческих руках…
- Стервятники, - невнятно проскрежетал колдун. – Такие не достойны жить. Впрочем достойных я еще не встречал…
- Но как?.. – Собравшись с духом наконец смог произнести Тациан.
- Магия, парень, магия болезни.
Маркису показалось в тот момент, что он получил шанс, единственный шанс в жизни и сама судьба свела его с этим человеком в алом. Те слова, что он произнес, он и сам не верил, что способен произнести их.
- Научите меня, - в горле пересохло, от подобной наглости, но в глазах мага похоже загорелся огонек интереса. Как позже признался учитель – он не ожидал от юнца такой реакции, ведь обычно к Магии Болезни испытывают отвращение, или презрение.
В этот день чумной маг преподал Маркису первый урок – юноша сам направил облако чумы на свою деревню, обрекая жителей на медленную и мучительную гибель. Тогда он испытал ликование, когда через его пальцы заструилось гибельное поветрие, срываясь с ногтей, охватывая жалкие хижины, проникая в амбары, отравляя воду и убивая все живое. Когда птицы падали замертво, попав в чумное облако, а насекомые разлетались прочь.
В этот день он впервые ощутил настоящее могущество, ту силу, о которой нельзя говорить в слух, силу гибельнейших чар, какие только могло представить себе человечество.
Уже потом учитель рассказал о тех ограничениях, что накладывало владение магией Болезни, о том, что чумные маги были не бездумными убийцами, но санитарами, очищавшими человечество от слабых, от жалких, от неспособных жить и лишь загрязняющих мир своим существованием. Наименьшее значение в этом отборе учитель придавал нечеловеческим расам, считая что они вообще не достойны поганить своим существованием мир.


Давно это было, но момент встречи с Чумным магом остался одним из лучших моментов в его жизни, и сравнить его можно было лишь с тем ударом кинжала. Последним ударом кинжала, прикрепленного к запястью.
Учитель раскрыл его талант, что был подобен неграненому бриллианту, брошенному в кучу навоза, сокрытому от глаз. Благодаря той встрече жизнь Маркиса изменилась безвозвратно – сила пульсировала в его венах, и он всегда давал ей выход. Выживали сильнейшие. Слабые умирали, освобождая жизненное пространство.
Его проклинали, его ненавидели, в него кидали камнями, но он продолжал свои странствия, принося с собой мор, гибель и страдания. Он проникся словами учителя: «Я никогда не встречал еще достойных жить».
Но похоже сегодня, на этой арене он встретил того, кто цеплялся за жизнь с силой и яростью, нелюдя, обладавшего недюженной магической силой, мастерством и смекалкой. Это было жестокое противостояние, впервые, за долгие годы Тациан ощутил усталость от сотворения заклятий, казалось что пройдет еще совсем немного времени, и он уже не сможет повелевать болезнями.
Карий и синий глаза Тациана смотрели на творящего защитную волшбу Визета, его мастерство было велико, но что мог он противопоставить Изменению? Но кое-что привлекло его взгляд гораздо более, нежели желание понять плетение чар противника – черты его лица стали изменяться, искажаться, словно неимоверное напряжение сбрасывало наложенный морок. Нелюдь показал свое истинное лицо, лицо отвратительное и мерзостное, противное человеческой природе. Странное чувство охватило Тациана в тот миг – слишком неприязненно относился он к нелюдям, к иномирцам, к чужакам, хотя и сам всегда был чужим для людей, ведь не могли они понять, что он лишь пытался сохранить величие человеческой расы, уничтожить слабых и больных.
Что же, с нелюдем его сейчас свела Судьба, Судьбе и разрешить их спор.
Весьма умело надо сказать строил свою защиту маг – нелюдь, видимо поняв, что любую волшбу рассеет Искажающее покрытие, он сотворил кокон из каменной крошки, смешанное с песком, и Плотско-костяное копье застряло в нем, отнесенное в сторону ветром, хотя и было нацелено на врага…


- Учитель, а что если на пути Искажения встанет немагическая преграда?
- А разве в силах простой преграде, пусть даже твердой. как скала, остановить магический удар, облачен он в искажающий кокон, или нет? - Учитель посмотрел на него, словно на глупого, несмышленого ребенка, так до сих пор и не выучившего азов магии. - Это невозможно, столь же невозможно, как проткнуть камень пальцем. Поверь, мой ученик, если подобное когда-либо случиться, я не раздумывая съем собственные сопоги!


Видимо учитель все - таки чего-то не учел, и его безотказное заклинание дало сбой. Надо будет потом вернуться туда, где кинжал оборвал его жизнь, и посредством некромантии заставить его выполнить обещание. Забавно наверное будет смотреть, как скелет пожирает свои давно сгнившие сопоги?!
Потоки ветра отбросили земляной кокон к стене, вминая его, и тут враг допустил небольшую ошибку - использовал магию огня против Искажения, и каждая частица заклятия оказалась заражена. Теперь уже не пламя, но бесконтрольная энергия начинала буйство центре медленно трескавшегося кокона, сминая кисть Тациана, и впитывая в себя ее части, а заодно награждая собственной силой. Бешенный клубок магии все больше закручивался там, сокрытый от глаз, а затем произошел взрыв, раскидавший прочь остатки обжаренного песка, и высвобождая всю ярость, таившуюся там...

Но Маркис за этим уже не следил - враг изготовил новое, несомненно наиболее смертоносное из своих заклинаний, припасенное именно на такой случай. Сильное и могущественное, поскольку на его сотворение требовалось время - Тациан видел жесты Визета, видел напряженное лицо противника, и тот аскал клыков его настоящей личины.
Его стихии - Ветер и Пламя, но какой будет эта атака? От чего плести защитные сети? Выбор Чумного мага пал на жестокое заклятие, известное тем, что в первую очередь оно вредило именно создателю - Кожа-Гниль, таково было название этой хитрой защиты - и не медля ни секунды он начал сотворение чар, покрывая собственную, разлагающуюся кожу слоем зловонной жижи гнойного цвета, проникающей сквозь плоть, едва ли не разлагая мясо и кости - боль нестерпимая, для тех, кто никогда не испытывал на себе гниения кишек, и разложения легких, гноя, текущего по жилам... Но даже чумной маг не мог выдержать больше нескольких мгновений подобной защиты.
Воздух вспыхнул ярым пламенем, окутывая Маркиса, превращая его в горящий факел - спасения не было, он находился в самом сердце пожарища, и потому ни уклониться, ни отойти от жадных языков пламени было невозможно. Первой вспыхнула одежда, и гнилые лохмотья в одно мгновения обратились в пепел, осыпаясь с тщедушного тела колдуна, но и эти частицы сгорали во всепоглощающем огне. Тело содрогнулось от жара, но капли пота застывали, поглощенные гнилью. Застывшая Гниль сдерживала пламя, не давая ему поразить тело, не давая проникнуть к податливой, мягкой, разлагающейся плоти.
После трех долгих секунд, следующих за возгоранием, Маркис понял, что сделал его противник - Визет превратил воздух вокруг чумного мага в бушующий ураган пламени, сотворив подмену стихий. Заклинание, о котором не смели вслух говорить даже великие маги, крохи слухов о подобных чарах сохранились лишь в древних легендах, но вот оно использованно против Тациана. Оплавленная Кожа-Гниль, осыпалась застывшей крошкой, истончая и без того слабый щит. Другой защиты у чумного мага не было, как не было у него и времени наложить новые чары.
Стук умирающего сердца отдаеться в висках, кровь течет прочь, разнося смертоносную отраву, магия разрушаеться...

Огонь спал столь же внезапно, как и возник - Кожа-Гниль рассыпалась, падая на землю, оставляя нагого мага в центре арены. Мага покрытого ожогами, шрамами, кровоточащими, исторгающими гной. Он размежевал веки, пронзая пространство тяжелым взором, и рассмеялся, отвратительны хриплым смехом, похожим на каркание ворон, когда понял, что произошло. Визет создавая чары допустил незначительный просчет - он превратил весь воздух вокруг Маркиса в пламя, но для того, чтобы огонь горел, ему необходим кислород. Исчерпав весь заряд магии, что был в него вложен, огонь погас. Хотя это даже и не просчет был - ведь без Кожи-Гнили, тело Тациана неминуемо сгорело бы в первые же мгновения.
Маг тяжело дышал, его разлагающееся тело замерзало, лишившись ветхих лохмотьев, заменявших одежду, кожа с зеленоватым оттенком гнили, и трупными пятнтами, медленно покрылась мурашками, из-за ударившего ветра, но дело следовало довести до конца. Своей наготы Маркис не стеснялся - ему было абсолютно наплевать, станут ли зрители в ужасе бросаться прочь, или их вырвет от одного его вида, он просто делал свое дело.
Впрочем противнику пришлось не лучше, ибо взрыв в Земляном Коконе оказался направленным, поскольку волшба смешалась с костями Тациана, нацеленными в сердце Визету. Оскверненный, Искаженный сплав магии ударил в нелюдя, подобно всесметающей волне сбоку, желая смять его, раздавить, испепелить, попросту уничтожить физически - в нем мало было от изначальной магии, вложенной в это заклинание - сплав огня. воздуха, болезней, и Искажения, извратившего все, и придавшее новое значение.
И одновременно с этим ударом, сотворил свои чары Тациан - удар был коварен, поскольку компанентами к нему послужили многочисленные потоки гноистой крови, стекавшие из ран и нарывов, покрывавших тело мага. Жестокое, порочное колдовство, которое даже чумные маги использовали лишь в самом крайнем случае. Проклятие Ашхагана - полный паралич цели, вызывающий омертвение тканей. и последующее разложение, при том, что слух и зрение у жертвы сохраняеться. Гнойная кровь разорвалась в его руках фонтаном мелких брызг, уходя в обгоревший песок арены - зрительный контакт был не нужен, проклятие атаковало Ауру Визета, парализуя сначала ее, а в следующее мгновение и само тело нелюдя. А затем - затем его настигнет взрыв искаженного колдовства.
Тяжкий вздох Маркиса был исполнен боли, силы покидали его тело, причем гораздо быстрее, чем кровь вытекала из жил.
V-Z
Маркис стоял. Выжил после атаки «Переходом Стихии», покрылся какими-то жуткими пятнами, потерял одежду, но – стоял.
Как это может быть? Допускаю, что маг-стихийник мог выжить после «Талэн-то Лиомор», но не специалист по Болезням! Защита, которой он покрыл свое тело… а это именно защита, ибо огонь таких следов не оставляет… в общем, она могла лишь недолго прикрыть его…
А, сахэссо! Кислород, гархисс фэссай! Конечно – на арене волей-неволей приходится подчиняться законам природы. И уж точно надо было подпитать «Переход» из своего запаса, не экономя силы.
Но в любом случае – часто по этой причине огонь и гас… оставляя обугленный труп. А этот маг сумел защитить себя на те мгновения, которые отпущены на существование вольному пламени.

Можно было только восхититься мастерством противника и его безжалостностью к себе. Можно было бы заодно и вспомнить о том, что многие специалисты и гибнут от своей же сферы… взять хотя бы Посвященных Рин Элем, веками погибавших от своих же сил, пока мастер Лэйк не отдал себя Стихии…
Можно – но не сейчас.
Потому что Тациан перешел в атаку.
Взрыв разорвал вроде бы надежный земляной футляр, в котором Визет похоронил прошлое заклинание, и оттуда рванулась Волна. Именно с большой буквы – иначе не скажешь. А что такое удар Изменения, тайрон отлично понимал – еще бы ему не знать.
Но Тациану, видимо, показалось мало – и он прибавил свое заклинание, вплетя в него свою плоть и кровь. И хотя Визет не успел рассмотреть плетения, но был уверен, что от соприкосновения с таковым ничего хорошего не будет. А совсем даже наоборот.
Все-таки, какой мастер… типично тайроннианский принцип – не сдаваться никогда. Жаль, что он исполнен ненависти… очень жаль.
Однако же… киодэ ираме скеами. Судьба любит шутить, как говорят в Круге Драконов. Именно беспощадный удар Маркиса сейчас сохранил жизнь его противнику.
Любому заклинанию, обладающему материальностью, необходимо до цели добраться. А уж данные чары несомненно были материальны – поскольку для их построения были использованы самые что ни на есть реальные частицы тела.
Когда на волю вырвалось Изменение, явно нацелившееся на тайрона, а Тациан атаковал какой-то жуткой болезнью, Визет понял – пришло время использовать другие силы. Силы тела, полученные тренировками, опытом и самим фактом рождения среди тайронэ.
Маг рванулся с места – с той необычайной скоростью, которая отличает боевых магов, и заставляет обычных воинов с раскрытыми ртами взирать на поединок хозяев битвы. Многие приемы ветви Янтаря* требовали скорости, и Сайальфор добивался от ученика все более и более высокого темпа мышления и движений. Правда, Визет никогда не думал, что это пригодится ему в чисто магическом поединке – ибо почти все такие приемы относились к работе с оружием.
А ведь пригодилось…
Тайрон бросился прямо навстречу болезнетворному заклинанию Тациана. Это казалось самоубийственным; чудилось, что маг обезумел и сам стремится к смерти, желает закончить жизнь поскорее, и как можно более мучительным способом…
Почти все из тех, кому доводилось общаться с тайронэ, рано или поздно называли их психами. Потому что многие поступки драконов не поддавались логическому объяснению… на первый взгляд. На второй же оказывалось, что за каждым «безумным» действием стоял холодный расчет.
Визет чувствовал, как волна Изменения приближается к нему, притягиваемая силой остатков мертвого копья… И как он сам оказывается все ближе к гениальному, но омерзительному творению Чумного Мага.
Момент настал, и медлить было нельзя. Саэлло!
Тайрон вновь призвал на помощь потоки Воздуха – и те швырнули мага в воздух, подальше от смертоносных чар, на песок, к стене амфитеатра. Приземлился, он, впрочем, весьма неудачно – на злополучную левую руку. Падение отозвалось взрывом боли, и коротким стоном – все же многовато за один поединок… Да и движение было все-таки слишком резким; мышцы отозвались протестующей болью.
Но в остальном Визет своего добился.
Образно говоря, Изменяющее заклинание Тациана ненавидело магию. Любую, кроме того заклинания, которое укрывало. И именно потому Визет старался бить его совершенно не магическими кусками земли; и именно поэтому оно смогло вырваться на свободу, впитав волшебство тайрона. И опять-таки – именно потому оно не поддавалось никакому контролю со стороны создавшего его, как уже было доказано.
А сейчас главная цель оказалась где-то далеко в стороне… но рядом была столь ненавистная магия!
На Визета было «настроено» мертвое копье, от которого остались лишь частицы. А вот волна Изменения набрала силу… и, опять-таки образно говоря, делала что хотела. И занялась своим прямым делом – искажением и уничтожением волшебства.
Того самого заклинания, которое запустил Чумной Маг.
Поднявшись на ноги, Визет наблюдал за гибелью смертельных чар Тациана – Изменение не оставляло от них ничего. А материальные компоненты – кровь, гной, и прочие… их, конечно, Изменение не трогало. Зато они сталкивались с другой материей – теми самыми осколками копья, которые все еще пытались развернуться на Визета.
Ждать было нельзя. Тайрон подсчитал в уме количество заклинаний, коими они обменялись, и пришел к выводу – подходит конец поединка. У него осталась возможность ударить еще раз, у противника – отразить и, возможно, ударить… и все. Дальше бы вмешались судьи.
Болезнетворное заклинание еще не пропало полностью, но Визет был уверен, что Тациан не сможет его перенацелить – Изменение теперь не выпустит добычу.
А значит – самое время бить.
Но чем именно? Отчаянный прыжок отнял много сил; «Переход Стихии» вообще вычерпал хэйс знает сколько. Впрочем, и оставшихся хватило бы на заклинание… одно, и на установку хилой защиты. Дальше пришлось бы вытягивать силы из собственного организма.
Ну, в данной ситуации только одно заклинание и требовалось. И подходящий кандидат определился быстро – «Виан-то Зиналь».
«Слово Воздуха». А точнее – «Аргумент Воздуха».
Весьма убедительный аргумент, прямо скажем…
Полуприкрыв глаза, по-прежнему сияющие радужным пламенем, Визет снова потянулся к воздушной массе, окружавшей Тациана. Но уже не для превращения (еще чего не хватало!), а для того, чтобы отдать ей приказ…
Имардинская магическая школа утверждает, что кожа человека – естественный барьер, препятствующий воздействию. Нарушение такового делает пострадавшего сильно уязвимым. Визет мог бы оспорить многие утверждения имардинцев, но кое в чем они были правы – раненый маг был действительно уязвимее здорового. И дело тут совершенно не в потере сил от раны…
Для эффективной работы «Аргументу Воздуха» требовалось именно поврежденное тело цели; это и создавало основные трудности при использовании этого заклинания. Но сейчас такую стадию можно было миновать – уж что-что, а «естественный барьер» Тациана был, мягко говоря, не целостен. Одна рука чего стоит…
Так, установления Контроля завершено. Теперь надо только приказать.
– Это отличный бой, чародей! – крикнул Визет. – Если мы после его окончания еще будем стоять на ногах, то я приглашаю тебя навестить наших целителей. Они способны лечить очень и очень многие болезни, даже вызванные магическим путем. Особенно вызванные магией, – «ибо тайронэ не страдают простыми недугами». Это он уже добавил про себя.
А затем Воздух, подчиняясь воле мага, ударил.
В чем же состояло действие «Виан-то Зиналь»?
Мелкие потоки Воздуха забирались в раны, протягивались внутри плоти… и по команде начинали закручивать миниатюрные смерчи. Миниатюрные, но многочисленные… а возникали то они под кожей, во внутренних органах, близ кровеносных сосудов.
Впечатление от «Аргумента» оставалось жуткое – будто множество невидимых пальцев рвут противника на части. Обычно тот, кто пережил атаку «Виан-то Зиналь» и не помышлял о продолжении боя, а только о мощном целебном заклинании.
И вот эти чары Визет сейчас и напустил на Тациана.

[Примечание:
*Ветвь – аналог «школы» у тайронэ. «Янтарь» (Альфор) – ветвь, к которой принадлежит Визет
]
Тельтиар
- Многие недооценивают болезнь, мой ученик, - проскрежетал маг в алом, завершая долгую лекцию о преимуществах той или иной заразы против различных рас и народностей. – Кто-то считает ее слишком порочной, кто-то слишком слабой или же узконаправленной. Все они ошибаются!
Маркис следил за тем, как бешено вращались зрачки учителя, когда он произносил эти слова. С каждым годом учитель становился все фанатичнее, и отстраненнее от мира. Его заботили лишь новые виды инфекций, смертоносные вирусы и болезни, которые он культивировал, и которыми делился с Маркисом. Но молодой чумной маг пока еще не разделял его взглядов, привлеченный скорее возможностью играть жизнями других, нежели красотой гнили и разложения.
- Посмотри, Маркис, как переливаеться изумрудный гной в лучах восходящего солнца – эти лучи катализируют гниение, тепло светила позволяет телам разлагаться – солнце наш союзник, наш верный соратник! Почувствуй дуновение ветра – ветра, что разносит болезни, распространяет мор – он тоже наш союзник. Прочувствую проточную воду рек и ручьев, что уносят в колодцы отраву и погибель – и ты найдешь помощь у них. Все стихии можно обратить на службу Ашхагану! Даже огонь, хотя он издревна считался злейшим врагом болезней.
Тациан слушал и внимал – такую информацию он не мог упустить никогда.
- Но учитель – как же нам защищаться от огня – нет, не примитивных огненных шаров, но от настоящего огненного заклятия, способного испепелить в доли мгновения?
- Есть способы – но среди них ты не встретишь безопасных, ведь боль – начало пути к могуществу…


Способы были, а про боль Маркис предпочел забыть.
Теперь же он смотрел, как бежит навстречу собственной гибели нелюдь, как преодолевает он последние метры, отделяющие его от смерти, и – порыв ветра уносит его, а волна искажения накрывает проклятие, безбожно коверкая его. От идеально построенного проклятия не осталось и следа – оно превращалось в нечто – нечто поистине иное, словно магическая буря, захватывающая все больше пространства, поднимая вихри песка и ураганы энергий, заставляя изменяться любые потоки, попадавшие в нее.
Маркис даже потерял на время своего противника, из виду, но потом снова нашел его, лежавшего у края арены, на изувеченной руке – что же ему досталось, пусть и не так сильно, как хотелось бы, но – все еще впереди. У Маркиса Тациана было еще достаточно сил, чтобы продолжить поединок, и прикончить нелюдя, заставив его останки гнить в песках этой арены. Сейчас – он медленно согнул пальцы на руке, и разжал их, заставляя усилиться циркуляцию крови – это было необходимо для того заклинания, что он заготовил напоследок.
А вихрь Искажения все ширился, продолжая охватывать едва ли не всю арену – но разве можно было его сейчас остановить?

- Искажение невозможно остановить, мой ученик, - хрипел голос мага в алом. – Оно остановиться лишь когда исчерпает себя, или достигнет цели. Лишь тогда.
Однажды Маркис использовал Иглу Искажения для того, чтобы уничтожить противника, но – тот погиб всего парой секунд раньше, от собственного же заклинания – просто страх перед неизвестным замутил его рассудок, и бедняга ошибся произнося волшебные слова – жалкий человечек, недостойный звания мага, ведь – самоконтроль был главной составляющей Искусства.
После этого, лишившись цели, Искажение еще три дня продолжало впитывать и изменять магические потоки в той местности. А ведь тогда оно не было подкреплено столь великими силами, как в этот день.


Враг изготовился творить собственную волшбу – ох и трудно же ему это дастся с вывернутой-то рукой, ведь он же, в отличии от Маркиса очень даже чувствителен к боли, но что же за магию решил применить нелюдь?
И тогда он услышал, предложение противника, и ответил презрительной улыбкой гниющих губ. Принять помощь нелюдя, позволить им накладывать на него заклятия?! О нет, он будет нести свое проклятие до конца своих дней, но никогда, никому не позволит лечить его! Ведь излечившись, он лишиться и своей силы.
Нет, врагу не смутить его разум глупыми посулами! Но на это похоже Визет и не рассчитывал, сотворив новое заклинание, но – но Тациан так и не понял, что же оно из себя представляло – злую шутку с противником сыграло его местоположение, ведь он было отброшен к краю арены, почти напротив чумного мага, да и то, что он почти лишился руки сыграло свою роль – заклятие неудержимо неслось вперед, на Маркиса.
И Буря Искажения в этот миг разразилась магическим штормом…
Она не просто притянула к себе последние чары Визета, она впитала их, пережевала, проглотила и переварила, изрыгнув уже в переработанном виде. Исказив до неузнаваемости, и обратив в нечто совсем иное, нежели было до этого. Маркис не знал – что за магия была на него нацелена, но судя по всему довольно могущественная, поскольку Шторм Искажения продолжал расти, уже захватив весь центр арены, и все увеличиваясь в размере, так, что чумной маг потерял из виду своего врага. Да и тот похоже больше не видел Маркиса, а слой Искажения блокировал любую попытку добраться до Ауры, прощупать или атаковать ее.
Непреодолимый барьер теперь разделял их обоих, и где-то в глубине души, Маркис даже был рад такому исходу боя, хотя никогда не признался бы себе, что устал. Смертельно устал, и не знал в тот миг, сможет ли достойно продолжить поединок, или падет от истощения при первой же попытке сотворить заклинание.
Битва окончена, переведя дух, Тациан опустился на выжженный песок арены, кое-где уже напоминавший стекло, и словно провалился в транс, восстанавливая силы. Вполне возможно, что им предстояло вновь встретиться в битве, и тогда уже одному из них не уйти живым. Когда-нибудь, но не сегодня.
Черон
Раунд 1.

Визет: стоило бы добавить ясности в заклинание. Если оно - просто мысленный образ, облеченный огнем, то проблем с ней будет немногим больше, чем с обычным огненным шаром, если же - выпущенный на свободу элементал, то сложность противодействия на порядок повышается. За ошибку не считаю, принимается во внимание только в патовой ситуации.
Маркис: та же неувязка - в случае, если птиц разумен, то есть представляет собой живой элемент - ход принимается без возражений. Но если это мыслеформа, то обманом разума ее можно воздействовать сколько угодно, эффект будет нулевой. За ошибку не считаю, отклик на неопределенность Визета.

Раунд 2.
Визет: ошибок не заметил.
Маркис: сомнительным выглядит перевоплощение. Насколько я знаю, превращаться истинно можно только в существ разумных - потому как обратное превращение нужно если не произнести, то хотя бы подумать. Лужица гнили же сама по себе думать не умеет... Точно не уверен, правда - есть разные источники, в некоторых маги и в золотое кольцо обращаться могли. Затем - использование четырех заклинаний за раунд, "Мнимое разлощение", "Диспелл" "Неудача", "Двойники" не слишком реалистично - противник ведь не будет стоять и ждать... Плюс за эффективную атаку - сильно придумано. )

Раунд 3.

Визет: ошибок не заметил
Маркис: если песчаной броней маг окружал только себя, а не место, где стояли двойники (обратного не отыграно), то в разуме Визета они просто померли от его атаки. И иллюзионно не могли ему причинить ни малейшего вреда. Маркис, конечно, не всеведущ, но в его таком рассуждении я вижу нехватку тактической мысли. ) За ошибку не засчитывается, принимаю во внимание только в патовой ситуации.

Раунд 4.

Визет: не представляю себе, как можно огнем согнать заразу в крови в какое-то место. Это как раз удобнее, имхо, делать магией Воды, кровь-таки жидкость... Затем - если огонь прошелся по жилам, боль тайрон должен чувствовать неслабую.
Далее - насчет иллюзий двойников. Если уж по отыгрышу Визета они в его разуме оставались до момента хода, то иллюзорный удар должен отозваться серьезнее. Достаточно известный факт - преступнице объявили, что ее казнят вскрытием вен, завязали глаза, поцарапали кожу на запястье и стали капать на него теплой водой. Через несколько минут - смерть...
Визет, конечно, маг и более сосредоточен. Он видел, к тому же, небольшую нереальность двойников посредством очищенной ауры. Но хоть вздрогнул бы он наверняка, навряд ли бы получилось остаться каменно-спокойным.
Не слишком действенная атака - если струи пламени не наводятся на цель, всей этой огненной мощи можно избежать, сделав шаг по диагонали мимо центра столкновения.
Маркис: Воронка в качестве защиты - не слишком удачно. Если она настроена, чтобы впитывать магию, то Силу, которая гонит вперед и поддерживае струи пламени, она тоже сможет иссушить. Только произойдет это когда энергия вместе с огнем вплотную подойдет к воронке и обязательно опалит мага (если только воронка не расположена на удалении от него) - потом, конечно, огонь оставшийся без контроля погаснет (чему гореть в воздухе самому по себе?), но ожог Маркис заработает.
Интересная идея с Искажением. Только вот... если оно не изменяет материю, а такой вывод я могу сделать из описаний и из того, что как костяной копье, так и игла оставались целы, то отбить такой удар можно до смешного просто - ножнами меча, например.

Раунд 5.

Визет: рассматривая ход на уровне физики - понадобилось просто очень сильно нагреть воздух, превратив его в плазму. В теории возможно, но уж очень много сил надо - с учетом измотанности...
Маркис: непонятно, каким образом гниющая кожа может защитить от огня. Пламя жжет как и живую органику, так и мертвую, пусть не слишком хорошо по сравнению с деревом, но почти одинаково.

Раунд 6.

Визет: судя по тем заклинаниям паралича и стазиса, что я видел ранее, они не имеют формы удара, который летит от заклинателя к противнику. Они охватывают тело снаружи (в случае стазиса) или изнутри (паралич), сковывая его разом. Поэтоу сомневаюсь, что возможно было бы такое столкновение двух заклинаний.
Маркис: непонятно, с чего разросся вихрь искажения. Он был в форме узкого удара, копья, смешнного с Огнем Визета, потом к нему прибавился "материал" проклятия, но все это было на достаточном удалении от Маркиса. В атаку же на него был обращен весь воздух вокруг него - получается, что для того, чтобы исказить и разрушить последнюю атаку Визета, Маркис должен был находиться в плотно прилегающей к нему сфере Искажения.
Откуда она там взялась? И если действительно взялась, то магические способности Маркиса могут от этой сферы серьезно пострадать...


Мои поздравления обоих магов с прекрасно завершенным поединком. Сложно вычленить победителя... у обоих - действительно мастерский отыгрыш и эффективные занятия, оба красочно изобразили образ персонажа. Но с небольшим перевесом,

Победитель - V-Z
Гайтахан
Итак, мое мнение.

Заранее предупреждаю - я в своем вердикте дуэли по косточкам не разбираю - не умею я этого. Я выношу решение по сумме впечатлений.

Эта дуэль была очень мощная. Два противника очень высокого уровня, оба отписывались красочно и литературно, оба применяли весьма интересные заклятья, читать было интересно. На досуге постараюсь перечитать всю дуэль еще пару раз.

А победителем я считаю V-Z. Ибо Тельтиара сгубило использование слишкм большого количества мощных заклинаний в один раунд. Примером может служить второй раунд, где были применены четыре весьма серьезных заклятья. Плюс, согласен с Чероном, морфинг ч то-то неодушевленное с реморфингом через некоторое время - это вообще настолько высший пилотаж в магии, что сам по себе весь раунд бы занял. Так что Тельтиар, увы, плохо рассчитывал свои силы.

Победитель - V-Z!

Поскольку никаких возражений ни от кого не поступает, поединок закончен, победитель - V-Z. Миридин.
Ответ:

 Включить смайлы |  Включить подпись
Это облегченная версия форума. Для просмотра полной версии с графическим дизайном и картинками, с возможностью создавать темы, пожалуйста, нажмите сюда.
Invision Power Board © 2001-2018 Invision Power Services, Inc.